Интересные свидетельства о способах борьбы с танками во время боев у Зенина оставили саперы 96-й пд. Про 20 марта в их отчете сказано, что группа истребителей танков пыталась уничтожить четыре машины, прорвавшиеся в Зенино. Немцы считали, что это были Т-34. Правда, потом в деревне появился и танк, который был идентифицирован как КВ. Как он там появился и был ли это КВ — пока вопрос. Краткий доклад 98-й танковой бригады никаких дополнительных пояснений не дает. Что касается боя саперов с танками, то там получается следующая картина. Один танк сразу застрял, а другой остановился у моста в восточной части Зенина. Немецкие саперы, вооруженные подрывными зарядами и двумя противотанковыми минами, с привязанными к ним гранатами, атаковали их с фронта и тыла. 4 человека были ранены, однако один из них успел поджечь застрявший танк. Второй танк попытались подорвать зарядом взрывчатки, но безуспешно. Он откатился от моста, и немцы подожгли его бутылками с бензином. Экипажи обеих машин погибли. При этом в восточной части Зенина не осталось немецкой пехоты.
Саперам, кроме того, удалось повредить минами, которые забрасывали на танки, еще один танк. Башню ему заклинили, но на этом дело и ограничилось. Бензин из бутылок, которыми закидали машину, не воспламенился. В конце концов, у выживших саперов осталось всего 12 противотанковых мин. Одному из них удалось подорвать еще один Т-34.
Потери немецких саперов оказались велики. Из раненых саперов умерло минимум трое[93]. Приведенная история доказывает, что в некоторых условиях такие средства борьбы, как ручные гранаты, подрывные заряды, бутылки с зажигательной смесью могли приносить успех. Но он был возможен только на заранее подготовленных позициях, при отсутствии взаимодействия танков и пехоты, и когда танки применялись небольшими группами. И даже при таких условиях успех часто стоил больших потерь.
С боями у деревни Зенино связана одна распространенная ошибка. Принято считать, что, 98-я танковая бригада и 3-я гв. сд выбили оттуда немцев уже 20 марта[94]. Однако это не совсем так. Скорее всего, путаница со временем захвата деревни началась не в результате чьего-то злого умысла. Дело в том, что 20 марта в бою погиб командир 5-го гвардейского стрелкового полка майор И. Ф. Ефременко. Из полка в тот день успели доложить, что взяли Зенино. Однако, как мы знаем из приведенных выше документов, в реальности дело обстояло далеко не так.
Немцам была поставлена задача удерживать деревню при любых обстоятельствах. Для прорыва в Зенино был сформирован отряд, в которой включили пехоту 21-й дивизии. Она должна была действовать при поддержке танков II батальона 203-го танкового полка (три PzKpfw. III и один PzKpfw. IV). Но судьбу деревни решило то, что на дороге Зенино — Смердыня оказались хорошо вооруженные подразделения истребителей танков и самокатчиков 227-й пд. Противопоставить их огневой мощи советской пехоте было нечего, поэтому полностью отрезать немецкий гарнизон от Смердыни не вышло. Днем немцы смогли выбить бойцов 3-й гв. сд с дороги Смердыня — Зенино. На некоторое время для противника положение в Зенино более-менее нормализовалось.
Причиной столь затяжной борьбы было прежде всего отставание артиллерии. Кроме того, в ходе наступления 3-я гв. сд уже потеряла больше 1100 человек.
Надо еще добавить, что из перехваченного сообщения противник узнал о целях наступления 54-й армии и начал принимать контрмеры. 21-я пд и часть 176-го пехотного полка получили приказ нанести удар в тыл и во фланг нашей группировке. Днем сводная группа из состава дивизии прорвалась к Зенино и заняла там круговую оборону.
На 21 марта советское командование планировало завершить разгром противника на восточном берегу р. Тигоды силами 4-го гвардейского стрелкового корпуса. 3-я гв. сд должна была уже на следующий день овладеть Смердыней. Если бы этот план удался, немцы оказались бы в критическом положении.
В то же время на центральном участке советские атакующие части также серьезно потеснили противника. Особенно сильно досталось батальону самокатчиков из 227-й пд. Именно на его участке советское наступление достигло наибольшего успеха.
Интересно отметить, что в штаб 54-й армии уже успели доложить о захвате деревни Дубовик. Оказывается, утром 20 марта в Дубовик ворвались красноармейцы, а немцы были выбиты из деревни. Бой продолжался до середины дня. В истории 21-й пд утверждается, что Дубовик отбил батальон 176-го пехотного полка, который встретил лишь незначительное сопротивление[95]. В дальнейшем этой деревне суждено было стать символом жестоких боев в непроходимой местности.
