Битва в тупике. Погостье. 1941-1942 полностью

С утра немцы пытались контратаковать западнее Кондуи. Все было безуспешно. Правда, по немецким данным, они все же смогли отбить все последовавшие затем атаки. Здесь информация из советских и немецких документов совпадает. Юго-восточнее Кондуи шел бой за дорогу Кондуя — Смердыня в 2 км южнее Кондуи. По немецким данным, части 269-й дивизии смогли уничтожить часть находившихся там подразделений 54-й армии, а частично оттеснили их на юго-восток.

По данным отчета 4-го гвардейского стрелкового корпуса, соединения последнего медленно продвигались на запад. Получается, что он следовал вслед за отступающим противником и обходил Кондую с юга и юго-востока. В журнале боевых действий 54-й армии указывается, что дорогу Кондуя — Смердыня перехватила 137-я стрелковая бригада. Далее говорится, что небольшая группа противника прорвалась на КП 137-й бригады, но была полностью уничтожена. Причина того, что информация в документах несколько не совпадает в том, что немцы смогли отбить часть дороги уже поздним вечером. Вряд ли эта информация успела попасть в советские боевые донесения.

За бои 24 марта был впоследствии награжден орденом Красной Звезды заместитель командира 1-й танковой роты 98-й танковой бригады Павел Семенович Неустроев. Он, выйдя из танка, лично поднимал залегшую пехоту в атаку южнее Кондуи.

Наконец-то завершилась борьба за Зенино. Штабисты 54-й армии вновь получили донесение, что, деревня занята силами 3-й гв. сд. В действительности бои за деревню продолжались до вечера. С утра немцы отбили атаку, а потом часть боевой группы смогла с боем прорваться в Смердыню. Немецкий гарнизон спасло то, что к вечеру к нему прорвались из Смердыни. Прорывающихся поддерживали автоматические зенитные пушки и один танк[96]. Остатки боевой группы вышли из котла. Таким образом, вечером 24 марта деревня Зенино, стоившая столько крови, была наконец-то взята... Немцы ушли к Смердыне. Потери 54-й армии за день составили 26 человек убитыми и 74 ранеными, что явно является заниженной цифрой.

Воспоминания Б. В. Владимирова дают прекрасное представление о том, как трудно приходилось нашим бойцам в условиях лесных боев зимой:

«Продвигаясь за левым флангом 137-й бригады, к 7.00 23 марта бригада вышла к отм. 40.6 севернее Зенино и сосредоточилась в густом лесу в пяти километрах от предполагаемого края обороны противника. 3-й батальон бригады еще накануне был направлен распоряжением штаба корпуса к деревне Малиновка для ликвидации прорвавшихся групп автоматчиков противника.

Не успели части расположиться в лесу, как противник внезапно обрушился огнем двух батарей по району 1-го батальона и штаба бригады. Этот налет озадачил нас. Немецкие самолеты в этот день не появлялись, и по условиям местности враг не имел возможности наблюдать за движением и сосредоточением частей бригады. И все-таки неприятель каким-то образом нас обнаружил.

Позже стало известно, что фашисты кроме автоматчиков засылали в районы расположения наших войск разведчиков, одетых в форму Советской Армии. Они подавали сигналы по радио или ракетами о местонахождении наших частей. Не имея опыта, бороться с этим мы тогда еще не умели.

Наконец подошла и наша очередь вступать в бой. На всем фронте армии шли малоуспешные бои. Противник хорошо укрепился в населенных пунктах, вдоль дорог, оврагов и речек, занимая все господствующие на местности пункты. Отражая атаки наших частей и нащупывая слабые места в их боевых порядках, противник переходил в короткие контратаки, всегда хорошо поддерживаемые сосредоточенным огнем артиллерии и минометов»[97].