Мы сидим на своих позициях и молчим. Перспективы не очень хорошие, хотя у нашей артиллерии осталось еще достаточно снарядов. Снаружи идет мелкий дождь, там влажно, холодно и неприятно. Что принесет нам завтрашний день? Около 21.00 мы узнаем, что наш новый командир дивизии генерал граф фон Шверин отправил в группу армий запрос об отмене указания фюрера „удерживать позиции у Халхуты при любых обстоятельствах“. Начинается подготовка к прорыву на запад, который, как осторожно предполагается, произойдет этой ночью. Можно вздохнуть. Только тот, кто что-то делает, кто активен, может попытаться избежать неминуемой гибели. В 22.00 мы получаем указания по плану прорыва. Все сооружения должны быть тщательно, но незаметно разрушены. Все неспособные перемещаться транспортные средства и орудия — взорвать. Батарея должна нерегулярным беспокоящим огнем в восточном направлении маскировать наши намерения. Прорыв запланирован на северо-западе, где, как кажется, у противника самое слабое место. Размещенный у „высоты Шуленбурга“ II батальон 60-го полка должен открыть выход из котла. Одновременно III батальон сразу после полуночи, оставив на прежних позициях небольшие отряды прикрытия, бесшумно отойти на запад, занять позиции в горле прорыва, обеспечить выход всех остальных частей, задержать преследующего неприятеля и, после прохода последних подразделений, постепенно начать уходить в направлении прорыва. I батальон, все машины которого в настоящий момент были заняты в снабжении за пределами котла, должен идти в центре пешком»[419].
А вот донесение батальонного адъютанта 1-го батальона 156-го моторизованного гренадерского полка лейтенанта Меммингера о боях 25–27 ноября, рассказывающее о прорыве дивизии из окружения и датированное 5 декабря: «Взято 415 пленных и насчитано свыше 600 убитых… Собственные потери: 25 убитых, 92 раненых, 1 пропавший [без вести]. Офицеры: 1 убит, 1 ранен»[420]. Это дает соотношение потерь убитыми 600: 26, т. е. 23,1: 1 в пользу немцев.
Лейтенант Эрнст Шверер из 5-й батареи 146-го артиллерийского полка так описывает в своем дневнике бой в ночь с 14 на 15 декабря: «Русские атаковали со всех сторон и очень сильно потрепали маленький гарнизон. Их штурмовали примерно 600 человек, они дошли до 50 метров к позициям. На небольшом клочке земли перед одним нашим пулеметом полегло свыше 50 убитых. Пехотинцы говорят о страшных вещах. Русские снова вернулись большими силами и тогда поле стало черным. Огонь был настолько плотным, что для двух последних пулеметов 9 человек постоянно таскали патроны из ближайших домов. Туркестанское минометное отделение очень хорошо себя показало. Они стреляли снова и снова, и их огонь был исключительно точен. Утром все огромные русские толпы просто сбежали… При вчерашней атаке на „Сигнальную гору“ русские потеряли примерно 500 человек убитыми и еще 170 пленными. Но мы предчувствуем, что они еще вернутся»[421].
Заметим, что столь большие потери при столь неблагоприятном их соотношении советские войска несли уже тогда, когда 16-я моторизованная дивизия отступала, выходя из окружения. Но здесь на руку немцам был маневренный характер борьбы в калмыцких степях, где они дополнительно превосходили советскую сторону в мобильности.
В воздухе борьба в районе Астрахани борьба тоже складывадась не в пользу советской авиации. Для поддержки с воздуха 16-й германской моторизованной дивизии был выделен авиаотряд в составе 1 тяжелого истребителя Bf-110, 4 — Bf-109, нескольких самолетов-разведчиков FW-189 и планеров DFS-230A с буксировщиками Hs-126. Последние использовались для снабжения. ПВО Астрахани к началу октября располагала лишь 12 истребителями. 3 — Як-1, 2 — И-15бис и 2 английских истребителя «Харрикейн» из 652-го иап базировались на аэродроме Астрахань, а 5 — ЛаГГ-3 из 572-го иап дислоцировались в Харабали. 269-й иап прикрывал южный участок железной дороги Астрахань — Урбах. Он имел 10 «харрикейнов». Еще 4 — И-15 прикрывали Гурьев. Но для бомбардировок судов на Астраханском рейде и на Каспии использовались более значительные силы.
Утром 24 октября над Астраханью на высоте около 7000 м пролетел самолет-разведчик Ju-88D. Данные аэрофотосъемки показали большое скопление на Астраханском рейде нефтеналивных судов, пришедших с Каспийского моря. А с 26 по 31 октября бомбардировщики из I./KG100 и KG76 провели серию ночных налетов на Астраханский рейд. Были потоплены танкеры «Америка» (995 т), «Ударник» (3110 т), «Коминтерн» (10 800 т), тяжело поврежден «Агамали-оглы» (10 800 т). Также были потоплены шаланда № 21 (850 т), авиатранспорты «Куйбышев» (3210 т) и «Осетин» (3210 т), поврежден катер МО-77. Сгорело и разлилось 14 000 т нефтепродуктов. 15 ноября 4 Ju-88А потопили танкер «Кулибеков» (1754 т)[422].
