Тем временем 6-я и 9-я румынские кавдивизии отбросили 2 советских батальона морской пехоты и блокировали Азовскую флотилию в Темрюке, которой пришлось затопить свои суда. Экипажи же усилили гарнизон Новороссийска. 23 августа румыны заняли оставленный флотилией Темрюк и двинулись к Анапе.
Для штурма Новороссийска Ветцель получил тяжелую артиллерию — дивизионы 150-мм и 210-мм гаубиц и дивизион 100-мм орудий. Поддержка люфтваффе была незначительна, так как основные силы 4-го воздушного флота были перенацелены на Сталинград. Остались поддерживать группу армий «А» только 30 истребителей Bf-109G 3-й эскадрильи 52-й истребительной эскадры в Армавире, 23 истребителя-бомбардировщика Bf-110 2-й эскадрильи 1-й истребительно-бомбардировочной эскадры в Краснодаре, 20 пикирующих бомбардировщиков Ju-87 «Stuka» 2-й эскадрильи 77-й штурмовой эскадры в Белой Глине и 4 бомбардировщика He-111. Последние, скорее всего, использовались как разведчики. Это ослабление люфтваффе на Кавказе значительно облегчило действия советской авиации при обороне Новороссийска. Тем не менее рота ближней радиоразведки 596 посредством радиоперехвата смогла собрать сведения об оборонительных линиях в Новороссийске и обороняющих его силах и средствах, особенно благодаря переговорам штаба артиллерии 47-й армии[177]. Благодаря успехам разведки Ветцель, возобновив 29 августа наступление, достиг тактической внезапности, атаковав не с северо-востока, как раньше, а с северо-запада 419-м и 431-м полками 125-й дивизии. Они прорвали тонкую линию обороны 83-й бригады морской пехоты к северу от линии Крымская — Нижнебаканский и обошли левый фланг 77-й горнострелковой дивизии. Одновременно 2 полка 9-й пехотной дивизии атаковали сводную бригду морской пехоты, угрожая восточному сектору обороны. В обоих случаях атаки поддерживали по одному дивизиону штурмовых орудий. Советскую морскую пехоту поддерживали огнем своих орудий лидер «Харьков» и эсминец «Сообразительный», находившиеся в Цемесской бухте. Чтобы не допустить прорыва на флангах, командующий 47-й армией генерал Котов вынужден был ослабить свой центр[178].
И. В. Тюленев признавал в мемуарах: «Анализируя сейчас причины захвата врагом этих важных перевалов, следует сказать, что в этом была немалая доля вины командования и штаба Закавказского фронта, опрометчиво решивших, что перевалы сами по себе недоступны для противника. Некоторые из нас считали главной задачей войск фронта — оборону Черноморского побережья, где были развернуты основные силы 46-й армии. А она, в свою очередь, неправильно организовала оборону перевалов и попросту „проспала“ их. Врага нужно было встретить на склонах гор, а не ждать пока он поднимется»[179].
20 августа Ставка ВГК приказала командованию Закавказского фронта усилить оборону прохладненского направления: «1. Для усиления обороны войск Северной группы на прохладненском направлении направить из района Ленинакана в состав 9-й армии 61-ю стр. дивизию.
2. Перед отправкой 61-й стр. дивизии изъять из нее рядовой и младший начсостав азербайджанской, армянской национальности и национальностей Дагестана, укомплектовав ее к 22.08 русским составом.
3. Дислоцировать в районе Ленинакана, вместо убывающей 61 сд, одну сд из числа вновь формируемых дивизий.
4. Принять все меры к быстрейшей переброске из Астрахани прибывающих для Закфронта стрелковых бригад, используя для этого все плавучие средства, в том числе боевые корабли Каспийской военной флотилии»[180].
В тот же день, 20 августа, была дана директива Ставки ВГК № 170 579 Закавказскому фронту об обороне Главного Кавказского хребта:
«Противник стремится вторгнуться в пределы Закавказья и для достижения этой цели не ограничится действиями крупных сил на основных операционных направлениях.
Враг, имея специально подготовленные горные части, будет использовать для проникновения в Закавказье каждую дорогу и тропу через Кавказский хребет, действуя как крупными силами, так и отдельными группами головорезов-диверсантов. Глубоко ошибаются те командиры, которые думают, что Кавказский хребет сам по себе является непроходимой преградой для противника. Надо крепко запомнить всем, что непроходимым является только тот рубеж, который умело подготовлен для обороны и упорно защищается. Все остальные преграды, в том числе и перевалы Кавказского хребта, если их прочно не оборонять, легко проходимы, особенно в данное время года.
Исходя из этого, Ставка требует, наряду с созданием прочной обороны на основных операционных направлениях, немедленно усилить оборону Главного Кавказского хребта, и особенно Военно-Грузинскую, Военно-Осетинскую и Военно-Сухумскую дороги, исключив всякую возможность проникновения противника на этих направлениях.
Одновременно в целях наиболее прочного прикрытия остальных проходов через хребет, в дополнение к существующей системе обороны, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Занять и прочно оборонять следующие проходы и перевалы:
— Проход Махачкала, Дербент по Каспийскому побережью;
