Находившаяся на передовой линии 390-я сд должна была пропустить через свои боевые порядки 12-й и 83-й бригад и 138-й гсд и далее следовать за 77-й гсд. Решение наносить главный удар именно бригадами может показаться странным и даже спорным. Причину этого следует искать в качественной оценке соединений. Так, 12-я сбр числилась на очень хорошем счету. Бригада была сформирована из выздоравливающих от ранения красноармейцев и курсантов (т. е. уже получивших опыт боев). Бригада получила крещение в январских боях и хорошо себя в них показала. В одной из характеристик 12-й сбр указывалось: «Политико-моральное состояние бойцов отличалось наибольшей крепостью»[486]. Командовал бригадой 42-летний полковник Н.И. Петунин, не имевший опыта боев лета 1941 г., участник Гражданской войны и боев с басмачами.
Советские наступления в Крыму в буквальном смысле тонули в грязи. Грузовик ЗИС-5 на раскисшей дороге Керченского полуострова.
Соответственно 83-я мсбр формировалась на Тамани и на 50–60 % состояла из моряков Черного и Азовского морей. Личный состав бригады позднее характеризовался как «наиболее стойкий, способный бороться в любых условиях»[487]. В целом бригада признавалась «одним из наиболее способных и стойких соединений 51-й армии»[488].
Имелся также еще один важный фактор: национальный состав войск Крымского фронта. Статистические данные о национальном составе соединений 51-й и 44-й армий приведены в таблице 2.
ТАБЛИЦА 2
Из этих данных состав ударных группировок фронта читается даже более прозрачно, чем из характеристик соединений. Командование стремилось ставить на острие удара соединения с большой долей славянских национальностей, пусть даже это были бригады. Это являлось, разумеется, лишь тенденцией, а не жестко соблюдаемым правилом. Так, в состав ударной группировки 51-й армии входила 77-я гсд, достаточно разнообразная по национальному составу. Напротив, однородная 236-я сд осталась во втором эшелоне. «Грузинскую» 224-ю сд задействовали для обороны Ак-Монайских позиций в тылу фронта на случай наступления противника.
Артиллерия 51-й армии была сгруппирована ближе к центру и левому флангу армии. Из средств усиления два полка (25-й и 547-й и три дивизиона ГМП) были сосредоточены на главном направлении, а один (456-й ап и два дивизиона ГМП) – на вспомогательном[490]. К артиллерийской подготовке также привлекалась артиллерия второго эшелона армии.
К началу первого наступления Крымского фронта на Керченском полуострове была собрана достаточно сильная танковая группировка. Всего в танковых частях фронта насчитывалось на ходу на 27 февраля 1942 г. 29 КВ, 19 Т-34, 47 Т-60 и 243 Т-26 всех типов[491]. Танки новых типов концентрировались в правофланговой 51-й армии В.Н. Львова, левофланговую 44-ю армию поддерживали исключительно Т-26. Обилие легких Т-26 и ХТ-133 в Крыму объясняется использованием в его составе частей, участвовавших во вводе войск в Иран и избежавших разгромов 1941 г. Состояние и распределение танкового парка наносившей главный удар 51-й армии показано в таблице 3.
ТАБЛИЦА 3
Большая оперативная пауза с 20 января по 26 февраля 1942 г. позволила хорошо подготовиться к наступлению. Командирами взводов, а в случае с КВ и Т-34 даже командирами машин был отрекогносцирован передний край противника. В 500 метрах от исходных позиций проходил противотанковый ров шириной 5–6 метров, глубиной 2–3 метра. Впереди рва – минное поле. За день до операции в нем были сделаны проходы, по нескольку на танковую бригаду. В ночь перед началом наступления саперы подготовили проходы через ров. Для сопровождения танков в глубине и разминирования на танки был посажен десант саперов и пехоты. Первоначально планировалось использовать для десанта сани-волокуши, но ввиду состояния грунта и отсутствия снега от них отказались.
Танки 38(t) (чехословацкого производства) 22 тд выгружаются с платформ в Крыму.
