– Эта мысль и мне приходила в голову, но она кажется нереальной. Наш кремлевский друг крепко зажат в собственном кабинете, все его связи контролируются, и каждый, кто звонит ему или встречается с ним, у нас на виду. Конечно, у Президента есть личная связь, но не думаю, что такого рода задание он мог доверить телефону.
– Интересно, – сказал Цвигун. – Этот парень в первую очередь поинтересовался у Минина насчет тебя.
– Очевидное недоверие к факту моей смерти, – задумчиво сказал Бармин. – Об этом же говорят и его вопросы к моей жене. Значит, он уверен в нашем здравии. Мысль о том, что этот человек где-то рядом и идет по следу, мне не нравится. Придется на время затаиться.
Цвигун стряхнул пепел с сигареты.
– И все-таки странно, что он начал прямо с семьи.
– Он все рассчитал. Сначала семья, потом Минин. Хорошо, что мне удалось увести дочь прямо у него из-под носа. Не представляю, что бы я стал делать, окажись она в их руках.
– То есть ты даже готов был бы в этом случае согласиться на переговоры с ними?
– А ты как думал? Это же моя дочь… Я и так мучил ее все эти годы. Поверь, больше этого не вынесу. Я уже подумываю, а не забрать ли ее сюда.
– Она не поедет, ведь у нее своя жизнь.
– Ты так думаешь? – Бармин недовольно посмотрел на собеседника.
– И все-таки, – Цвигун решил сменить тему, – неужели Президент натравил на нас ФСБ?
– Если бы это было так, – задумчиво сказал Бармин, делая глоток кофе, – то нам бы пришлось столкнуться с целой армией профессионалов, а этот, похоже, работает один.
– Может, так и было задумано? Послать одного, чтобы мы не думали на ФСБ?
– Определенно, нет, – сказал Бармин. – Те не шутят, а этот явный шутник. Как ловко он забронировал нам номер по телефону!
– Шутник, а работает серьезно. И похоже, он спешит.
– Японцы назначили отплытие через двадцать семь дней, наши – на день позже. Вот, видимо, почему он спешит. Именно на этот срок нам и нужно затаиться.
– Хочется, чтобы ты оказался прав, – сказал Олег Львович.
Цвигун перевел внимательный взгляд на него.
– Ты считаешь, что Президент пойдет нам навстречу с «Бураном»? – спокойно спросил он.
Бармин пожал плечами.
– Пытаюсь убедить себя в этом, – сказал он глухим голосом, – я думаю, что он понимает, как важно спасти наших от японцев.
– Ты же говорил, его пугает конфронтация с ними?
– Что меня тревожит, – сказал Бармин, – так это то, что, если мы примем помощь Президента, у нас будут связаны руки. Да и странно, почему он не воспользовался всеми имеющимися у него средствами, а применил только этого силача?
– По-моему, это значит, что он не хочет, чтобы данная история вылезла наружу. Хитрец наш Президент – он планирует зайти с фланга прежде, чем мы поймем, в чем дело.
– Может, послать его по ложному пути?
– Поздно, ведь у этого парня есть записная книжка Минина, – сказал Цвигун. – Он знает, кто мы, и только пока не знает, где нас искать. Этот детина, несмотря на свои размеры, чрезвычайно ловок, и, ухватившись за нитку, он размотает весь клубок. Я не удивлюсь даже, когда увижу его входящим в эту дверь.
– Не слишком ли пессимистично? – возразил ему Бармин. – Ты явно переоцениваешь его возможности.
– Нет, – ответил Цвигун, – и вообще, может, лучше не продолжать конфронтацию с Президентом? Он все равно рано или поздно выйдет на нас.
– Что тогда конкретно ты предлагаешь? – спросил Бармин. – Еще раз предстать пред его светлые очи? Я как раз собираюсь это сделать.
Цвигун затянулся сигаретой.
– Может, для начала отключить его личную линию?
– Это не рискованно? Ведь они смогут вычислить нашего человека, ответственного за связь.
– Лучше потерять одного, чем всех. Зато мы гарантированно выйдем на этого самого Дроздова.
– Я подумаю об этом, – Бармин нажал на кнопку в столе. – Жаль, что меня не будет здесь, когда мы возьмем стервеца.
Не веря собственным глазам, Содзи с трудом воспринимал обрушившуюся на него информацию, но и на профессора, видимо, изображение произвело даже большее впечатление.
– Этого не может быть! – Даноси вскочил с кресла. – Откуда?! Откуда они объявились там?
Едва сдерживая волнение, он взглянул на Содзи, но темное бесстрастное лицо японца ничего ему не говорило.
Майор развел руками.
– Не знаю… Хотя, говоря откровенно, я предполагал нечто подобное.
– Но кто это?
– Если не американцы и не русские, тогда русалки, – с усмешкой ответил Содзи.
– Не говорите ерунды, – рассердился профессор. – Скорее всего, это американцы, но как они могли оставить нас в неведении?
Майор долго и задумчиво смотрел на профессора. На его губах играла улыбка, обнажавшая ровный ряд белых зубов.
– Предположим, они могут остаться там на долгое время. Такой вариант не приходил вам в голову?
Профессор оцепенел, затем медленно опустился в кресло и вытащил пачку сигарет.
– Вы хотите сказать… – он вытащил сигарету. – Никогда не поверю, что на такой глубине мог кто-то выжить.
– И все-таки если они и правда находятся там… Глубоководные скафандры позволяют опускаться и на шестьсот метров.
Последовало длительное молчание.
