Не сразу удалось понять, почему так трудно вывести из штопора в общем отличный самолет. И Пилютов садился в кабину снова и снова. Каждый раз подвергая смертельному риску, он вводил самолет в штопор и начинал борьбу с неподатливой машиной. Наконец Пилютов добился своего: раскрыл особенность нового истребителя при выполнении штопора. Затем сам, никому не передоверяя этого важного дела, обучил летчиков тому, что постиг ценой большого труда и риска.
В других частях авиационного соединения, в которое входила часть полковника Пилютова, освоение этих самолетов шло не так успешно. Командование собрало совещание, чтобы разобраться в создавшемся затруднении. Один из выступивших на совещании командиров прямо сказал: раз самолет трудно выводить из штопора — он непригоден. Слово взял Петр Андреевич. Он подробно, обстоятельно рассказал о некоторых особенностях самолета и о том, как выводить его из штопора. Слова Пилютова были убедительными. Все знали, что они проверены на практике. Пришлось ему облететь ряд аэродромов и на деле показать, как «приручить» капризную машину.
Но все чаще подводило здоровье. В 1955 году Пилютов не прошел очередную медкомиссию и был уволен в запас. Безусловно, тяжело переживал. С небом была связана вся его жизнь. Здоровье стало ухудшаться, и в 1959 году он слег, но даже тогда продолжал строить планы, планировать поездки в школы, в организации ДОСААФ… Четыре месяца он боролся с болезнью. Умер Петр Андреевич в ночь на 24 марта 1960 года. Похоронен в Александро-Невской лавре, на Коммунистической площадке. В Петербурге есть улица, названная в его честь. В городе Аша имя Пилютова носит парк.
За время всей летной службы Пилютов поднимался в небо 8788 раз. Он не считал себя героем. Просто лучше всех умел делать свою работу, любил свою страну, верил в свой народ. Таким и должен быть русский человек.
Осень в Царском Селе — особое время года. Воспетая Пушкиным, она манит жителей, гостей, туристов. Паломничество это неостановимо. Сама русская поэзия подкрашивает кроны деревьев в желтый, рыжий, красный, золотой и звенит, разлитая в воздухе, настраивает мысли на особый, пушкинский лад. Что в нем особенного, спросите вы. Я отвечу! Пушкинский лад примечателен тем, что можно не стесняться пафосных фраз, можно не бояться показаться глупым или смешным, потому что Александр Сергеевич незримо прикрывает твои тылы и погрозит пальцем каждому, кто вздумает над твоей высокопарностью посмеяться. Красота единства природы и поэзии в царскосельских парках зовет мечтателей, влюбленных, детей, уставших после работы мужчин и женщин. Погулять по дорожкам, шурша листьями, пройти не спеша маршрутами трепетной грусти, успокоить душу.
Один из самых популярных для местных жителей парков в Царском Селе (или в Пушкине, как все зовут этот город) — Александровский парк. Секрета здесь никакого нет. Во-первых, он очень большой, в нем легко спрятаться от мира. Во-вторых, вход в него бесплатный.
Если зайти со стороны Белой башни, идти по дорожке минут пять, забирая правее, то на пересечении тропинок взору откроется монумент. Бетонная… даже не стела, а некий набор геометрических фигур, врезанных друг в друга. Красным выбиты две цифры: 76 и 77. И на квадратном бетонном постаменте железная дата: 1941.
С 10 по 17 сентября 1941 года в этом парке погибли два истребительных батальона НКВД: 76-й и 77-й. Батальоны эти были созданы в начале войны для борьбы со шпионами и диверсантами. Также они должны были охранять предприятия оборонного значения, электрораспределительные станции, источники воды, почту, телеграф, дворцы и участвовать в строительстве оборонительных сооружений. Они полностью состояли из добровольцев, из местных жителей, рабочих, студентов и даже школьников старших классов. По возрасту 1/3 личного состава батальонов не достигла 18 лет. На первых порах у них не было формы и даже оружия. Вчерашние мальчики, гонявшие голубей.
В сентябре у памятника батальонам проходят митинги. Собираются школьники близлежащих школ, студенты аграрного университета, расположенного неподалеку, ветераны. Вспоминают погибших бойцов, которые не стали героями. Подвиг их не вошел в историю, о них не пишут книги, не снимают фильмы. Всем известен подвиг подольских курсантов, но подвиг 76-го и 77-го истребительных батальонов известен только жителям Царского Села, да и то не всем. В этом нет несправедливости, просто в каждом уголке нашей Родины от западных границ и до Москвы есть такие вот батальоны, роты, взводы, отделения или просто солдаты, которые встали намертво и погибли, защищая землю, маму, дом, страну. Несть им числа, и подвиг их бессмертен. Голоса их сливаются в общий гул, бередят душу.
