Из воспоминаний К. Г. Маннергейма: «Согласно информации, полученной от союзников, советское правительство решило… поглотить Финляндию… Посол США в Турции Стейнгардт… говорил нашему послу в Анкаре, что это наступление для западных стран было полной неожиданностью и положение Финляндии вызывало там серьезную озабоченность»[159].
Стремление советского командования дойти до Хельсинки больше похоже на фантазии больного воображения. Несмотря на то, что у Красной армии было полное право завершить войну с Финляндией в ее столице, военно-политическая обстановка в июне 1944 года диктовала свои правила. 6 июня англо-американские войска высадились в Нормандии, тем самым открыв Второй фронт. Его ждали три тяжелых года войны, ждали в развалинах Сталинграда, ждали год назад, ломая вермахту хребет на Курской дуге. И даже после Тегеранской конференции прошло шесть месяцев, прежде чем союзникам стало окончательно ясно, что советская армия в состоянии выиграть войну и освободить Европу без их помощи. И только тогда был открыт Второй фронт. Для советского командования это означало, с одной стороны, невозможность для немцев использовать стратегические резервы (теперь они были заняты на Французском театре военных действий), с другой стороны, необходимость форсировать темпы наступления на Центральном направлении, не отвлекаясь на операции локального значения. Вопрос стоял остро: кто первым возьмет Берлин? И Сталин прекрасно понимал, что гипотетическая операция на территории Финляндии отвлечет часть сил Красной армии, затянет время для главного удара.
Обстановка в полосе обороны 23-й армии, стоявшей напротив финнов, за последний год не просто стабилизировалась. О войне как будто забыли. Финнов устраивала их новая граница, они не собирались наступать. Советское командование не нагнетало лишний раз обстановку артобстрелами и операциями местного значения. Стороны вели позиционную войну, вяло перестреливались, работали снайперы и диверсионно-разведывательные группы, но активных боевых действий на Карельском перешейке не было.
Говорову и его штабу необходимо было придумать такую операцию, чтобы одним мощным ударом взломать три полосы обороны финнов.
Усилению обороны на Карельском перешейке финское командование уделяло большое внимание в течение двух с половиной лет с момента выхода на рубеж реки Сестры. Восстанавливались старые и строились новые мощные долговременные огневые точки, создавалась 106-километровая линия противотанковых надолб. Природные условия позволяли выстроить практически неприступную трехполосную систему обороны глубиной почти в 100 километров.
Первая оборонительная полоса была выстроена вдоль линии фронта, установившейся в сентябре 1941 года.
Главной была вторая полоса, располагавшаяся в 20–30 километрах от первой: от деревень Ваммелсуу (Серово) и Метсякюля (Молодежное) у побережья Финского залива до деревни Тайпале (Соловьево) у Ладожского озера, так называемая «ВТ-линия». В нее входили более девятисот долговременных железобетонных сооружений, прикрытых плотной сетью гранитных надолб, минных полей и иных противопехотных препятствий.
Третья полоса (линия ВКТ, то есть Выборг — Купарсаари — Тайпале) полукольцом с юго-запада огибала Выборг, шла через полуостров Купарсаари (Ждановский) и далее по левому берегу реки Вуокса до Ладожского озера.
Сам Выборг был хорошо укреплен, имел внешнюю и внутреннюю оборонительные линии и был подготовлен к ведению круговой обороны.
Если о первой линии обороны штаб обладал исчерпывающими сведениями, то о второй и третьей информации практически не было. Какова толщина железобетонных стен дотов? Где сосредоточены главные узлы? Каково вооружение дотов, количество человек в расчете? Как они связаны между собой? Глубока ли система траншей? Штабы армий ночами сидели над аэрофотоснимками, стараясь дешифровать отдельные фотографии, вскрыть систему обороны, подобрать к ней верный ключ. После детального изучения фотографий, сделанных с бреющего полета, стало ясно, что железобетонные доты второй линии вписаны в местность явно для ведения флангового огня. Наступающему не будут видны их амбразуры. Огонь орудий прямой наводки по амбразурам в этом случае практически исключен. Финны извлекли урок из войны 39-го года. Но и советская армия была уже не та, очень хорошо помнила опыт ошибок зимней войны.
Говоров и Попов спланировали операцию таким образом, чтобы выдержать темп наступления 12 километров в сутки. Таким образом, на всю операцию, включая захват Выборга, отводилось 10–12 дней. Наиболее укрепленная полоса обороны, ВТ-линия, должна быть прорвана практически с ходу.
Тот же путь зимой 1939/40 года войска прошли за три с половиной месяца…
