Тем временем, освободившейся рукой, Центурион пронзил второго своего пленителя и вскочил с земли.
— Объявляй тревогу! — велел он, а сам побежал к воротам, которые уже открывали остальные воины в чёрных одеждах.
На бегу, Центурион слышал, как Маркус во всё горло громогласно объявил тревогу, и форт тут же ожил и пришёл в движение.
Поняв, что их раскрыли, вражеские диверсанты переглянулись и ускорились. Ещё немного, и они бы успели снять последний засов, но, налетевший на них Центурион, не дал им такой возможности.
Пронзив одного с разбегу клинком, имперец оттолкнул второго воина от ворот ногой, и наотмашь ударил по третьему. Удар не задел воина, но достиг цели — заставил врага отступить.
Воины в чёрном достали оружие — прямые мечи, заточенные с одной стороны, и синхронно напали на имперца. Центурион едва успел защититься от вражеских клинков и отскочил в сторону. Ближайший противник тут же снова атаковал, ударив сверху, но Центурион остановил удар, поймав руку врага, стоя на одном колене, и пронзил своим клинком его живот.
Воин упал замертво. Центурион поднялся и сразу же отбил меч последнего диверсанта, который явно был не намерен сдаваться. Воин неустанно атаковал, вращая клинком, словно в танце, и комбинируя атаки с акробатическими трюками.
Оттолкнувшись от стены, диверсант взлетел над имперцем и занёс над головой меч. Время вокруг будто замедлилось. Центурион понимал, что его меч не успеет отбить атаку. Имперец видел, как вражеский клинок медленно и неуклонно приближается к нему и, что он движется точно в цель.
В последний момент, Центурион присел, пропуская клинок над головой, а затем поднялся, рубя мечом снизу-вверх и отсекая врагу руку.
Время снова вернулось в нормальное течение. Диверсант упал, крепко зажав культю. Он с ненавистью смотрел на Центуриона сквозь узкую прорезь маски, полностью скрывавшей голову и лицо, и отползал от имперца, лёжа на спине. Упершись в закрытые ворота, воин в чёрном понял, что отступать некуда. Его окружили подбежавшие солдаты, с оружием наготове. Тогда диверсант вскинул здоровую руку и трое солдат тут же рухнули на землю, поражённые стальными звёздочками, острыми как бритва.
Диверсант попытался снять с пояса ещё какое-то оружие, но не успел. Солдаты Империи набросились на него и беспощадно зарубили, мстя за товарищей.
— Успокойтесь! — скомандовал Центурион, разгоняя озлобленных имперцев.
Он подошёл к изувеченному телу и внимательно осмотрел его.
— Кто это такие?! — спросил подошедший Маркус.
— Понятия не имею, — ответил Центурион, — но чую, что это ещё не конец.
— Центурион! — раздался оклик со стены форта, как подтверждение подозрений командира, — Скорее сюда!
Он и Маркус бегом сорвались с места и почти что взлетели на стену, где уже стояли солдаты в полной боевой готовности. Оттуда они увидели, как в какой-то сотне метров, на самом краю леса, в свете факелов выстраивались солдаты неприятеля, готовясь к штурму форта.
— Готовиться к обороне! — прокричал Центурион, но этого и не требовалось — солдаты и так были готовы.
— Хорошо, что они не пришли вчера, — усмехнулся Маркус.
Центурион сперва злобно посмотрел на друга, собираясь ответить ему что-то грубое, но затем подумал и просто молча согласился с ним.
— Похоже, — сказала Сэцуко, глядя на поднимающийся по тревоге форт имперцев, — ниндзя не оправдали возложенных надежд.
— Да уж, — проворчал Флавий, злобно рассматривая знакомые лица, на стенах форта, — вопреки убеждениям Некроманта.
— Ну и что дальше? — спросила девушка у командира легионеров.
— Применим грубую силу, — ответил тот, а затем скомандовал, — готовиться к осаде!
Легионеры тут же пришли в движение. Они подняли щиты и вышли вперёд, образуя атакующее построение. Часть солдат убежала в лес и вскоре вернулась, таща за собой таран, закреплённый на четырёх колёсах и накрытый деревянными щитами. Ещё два отряда легионеров тащили лестницы, достаточно длинные, чтобы достать до края стен форта, позволив атакующим перелезть через них.
— Ты собираешься штурмовать форт с
— Да, — ответил Флавий, — хочешь предложить что-то ещё?
— Хочу, — девушка утвердительно кивнула и отправилась к отрядам самураев, стоящих в стороне, в ожидании приказов.
Вернувшись, Сэцуко пришла не одна, но с парой бойцов, прикативших с собой толстую железную трубу, закреплённую на колёсах.
— Это что? — поинтересовался Флавий, окинув взглядом незнакомую конструкцию.
— Пушка, — ответила девушка, — забавно, что вы о ней ни разу не слышали. На моей родине уже давно используют пороховые орудия во время сражений.
— Какие орудия? — уточнил командир легионеров.
— Пороховые, — повторила Сэцуко, — Они намного эффективнее, чем… это.
Девушка презрительно кивнула в сторону примитивных орудий легиона, а Флавий, скептически усмехнувшись, ответил:
