Выбранный ею маршрут привел ее в малознакомую часть Северной Вирджинии, и хотя насчет того, как доехать, она получила точные указания, найти Центр Предварительного Заключения оказалось не так-то просто. Пропетляв между фермерскими угодьями, она свернула с Литтл Ривер Тернпайк на Джудишиэл Драйв и лишь тогда увидела указатель с надписью «Окружной Центр Предварительного Заключения несовершеннолетних». Повернув направо, Джуди остановила машину на почти пустой парковочной площадке и некоторое время сидела, не выходя наружу. Ей требовалось время подготовиться к тому, что ее ожидало. Неказистое с виду приземистое здание из красного кирпича с узкими, как щели, да вдобавок еще и затемненными окнами находилось в пустынной, изолированной зоне штата, в окружении многих акров бросовых, неплодородных земель.
Наконец, предчувствуя недоброе, она заставила себя выбраться из «тойоты», по извилистой бетонной дорожке добралась до входа и, открыв массивную дверь, оказалась лицом к лицу с одетым в форму охранником, восседавшим за высокой, по грудь, стойкой менее чем в двух шагах от входа. Его глаза тут же обратились к ней.
— Я — миссис Джуди Крюгер. Детектив Биллингс звонил мне по телефону. Он сказал, что мой сын здесь, у вас.
— Да, Шейн Крюгер… Нам сообщили, что вы приедете, миссис Крюгер. Вы можете встретиться с сыном в комнате свиданий.
— Спасибо, но я предпочла бы увидеть его там, где он сейчас содержится.
— По-моему, лучше бы привести вашего сына к вам.
— А я настаиваю, чтобы меня отвели к нему, — упорствовала Джуди.
— Ладно. Вообще-то у нас это не принято, но раз уж вы так настаиваете, то устроить можно. Присядьте, пожалуйста, должен буду вызвать суперинтенданта Доуза. Ключи у него, так что и отвести вас сможет только он. Но предупреждаю, зрелище будет не самое приятное.
Джуди прошла в соседнее, указанное охранником помещение, с бетонными стенами, покрытыми облупившейся оранжевой краской, но садиться не стала, как бы отказываясь признавать себя пребывающей в этом месте.
— Миссис Крюгер, я суперинтендант Доуз, — представился появившийся несколько минут спустя рослый детина. — Следуйте за мной, пожалуйста. — Выбирая один из висевших на прикрепленной к брючному ремню цепочке ключей, он мимоходом пояснил: — Это приемная зона. И войти, и выйти можно только через нее. — Полицейский отпер дверь, и когда они прошли, запер с обратной стороны. Такая же процедура повторилась дважды на коротком пути по узкому коридору, и всякий раз с другим ключом. Третья дверь вывела их во внутренний застекленный коридор, составлявший периметр квадратного внутреннего двора. — Это спортплощадка, — указал полицейский, — ребята играют здесь в волейбол и бейсбол… — Хотя время никак нельзя было назвать ранним, двор оставался совершенно пустым. Но зато трава на этой территории, равно как и покрытие баскетбольной площадки, имели безупречный вид — никаких выбоин и колдобин. Сверху Двор перекрывался проволочной сеткой, назначение которой не вызывало сомнений.
— У нас современное учреждение, — промолвил сопровождающий, заметив ее взгляд, — никаких решеток. Наблюдение осуществляется путем периодических проверок, без электронного слежения. Здесь, по левую руку находятся… мы называем это «жилыми блоками». Одиннадцать одноместных спален на каждую, зона общения, ну и, разумеется, пространство для перемещения наблюдателя. Мы полагаем, что это дает возможность консультантам находить лучший контакт с воспитанниками, чем стандартный дизайн. — И, явно желая предупредить вопрос относительно двух тонких бирюзовых матрацев, лежавших на полу каждого «одноместного» помещения, буркнул: — Мы временно переполнены.
Сквозь плексигласовые окна помещений, мимо которых они проходили, Джуди видела мальчиков-подростков. Ни в их облике, ни в занятиях не было ничего необычного. Некоторые завершали утреннюю уборку, сдвигая тяжелую мебель и пылесося под ней, другие просто сидели на стульях или лежали, раскинувшись на койках. Черные, белые, несколько латиноамериканцев. Иные тощие, угловатые, иные спортивного сложения, с сильными руками. Срез жизни. Двое или трое тупо уставились в пространство. Несколько других смеялись неизвестно чему. Один был бритоголовым, но все прочие вполне нормального вида. Самыми обыкновенными. Такими, как ее сын.
— Что за ребята здесь содержатся? — спросила она, пытаясь понять, почему ее сына определили в это место.
— Мы — учреждение среднего режима охраны. Обвинения разные: нарушение правил условного освобождения, вооруженный грабеж, преступления на сексуальной почве, распространение наркотиков.
— И все содержатся вместе? В одних и тех же жилых блоках?
— Да. Мы не разделяем ребят по тяжести совершенного преступления. Только по возрасту и криминальному прошлому.
И ее сын заперт с этими людьми! Она должна вызволить его отсюда!
Надзиратель остановился перед третьим блоком.
— Мы найдем вашего Шейна здесь.
