Джуди сдержала закипавший гнев. Прежде всего ей нужно было забрать Шейна отсюда в такое место, где они смогут по-настоящему поговорить как мать с сыном. Подальше от этой обезличенной, враждебной среды. Никакой ошибки допущено не было — теперь она в этом не сомневалась. Но что бы ни натворил ее сын, он не такой, как здешние обитатели, и ему среди них не место. Его нужно забрать, пока он не превратился в одного из них. Пока она не потеряла его навеки!
— Шейн, я люблю тебя. Я хочу помочь тебе. Мы попали в беду, мы оба! И я не могу вытащить тебя отсюда, пока ты не расскажешь всю правду. Пожалуйста, расскажи мне, что случилось.
Шейн вжался в свой жесткий стул. Некоторое время он в нерешительности теребил джинсы, сжимал и разжимал кулаки, а потом буркнул:
— Ну ладно, я это сделал. Взял кошелек. Что, теперь довольна. — Слезы подступили к его глазам, но он не заплакал.
— Но почему, Шейн?
— Почему-почему… деньги были нужны. На видеоигры, бильярд и все такое…
— Какой еще бильярд? Что за вздор? — выпалила она и тут же пожалела о своей несдержанности.
— Ты не считала, что это вздор, когда запихнула меня на продленку в Джеферсоне, чтобы торчать допоздна в своей дурацкой юридической школе. На каникулах я тебе рассказывал, что там нету других занятий, кроме видеоигр и бильярда, но тогда это тебя устраивало. А теперь, на тебе, «вздор».
— Послушай, — она снова попыталась говорить спокойно. — Если все эти игры так для тебя важны, то почему ты не попросил денег у меня? Но сейчас не это главное. Главное — больше не кради. Никогда! Ничего! Ни по какой причине! Понял? — Под этим наставлением таилось облегчение от того, что причина потребности в деньгах не была более серьезной. — И еще: если впредь что-нибудь покажется тебе нужным и важным, пожалуйста, поговори со мной. Поговори, даже если тебе будет казаться, что я тебя не пойму. По крайней мере, дай мне шанс… Ну а сейчас дай подумать, как тебя отсюда вызволить.
Джуди встала, чтобы поискать надзирателя, и не успела позвать его, как он появился. Не иначе как занимался своим прямым делом: надзирал через стеклянную панель.
— Миссис Крюгер, вы желаете забрать Шейна с собой сегодня?
— Да, спасибо.
— Вы должны будете подписать обязательство.
— Конечно. Все, что потребуется.
— Джон, выдай Шейну его одежду.
Шейна увели переодеваться, а Джуди снова вышла в приемную, откуда попала в это заведение. Казалось, с того момента прошла целая жизнь.
Суперинтендант занял свое место за письменным столом.
— Ваш сын был задержан за грабеж, в связи с чем помещен в настоящий Центр Предварительного Заключения, — произнес он с официальной напыщенностью. — Властью штата Вирджиния я уполномочен освободить его на поруки, под вашу ответственность. Вы отвечаете за то, чтобы ваш сын предстал перед судьей Окружного Суда по делам несовершеннолетних округа Фэрфакс, 4400 Чейн Бридж Роуд, в девять утра двенадцатого апреля. Вы поняли? — он сделал паузу, как бы давая ей возможность осмыслить услышанное. — В первый раз он явится на ознакомительное слушание, где будет оглашено обвинение и назначена дата судебного заседания. Вы в тот день сможете получить необходимые консультации. Вы поняли?
— Да. Я поняла.
— Тогда распишитесь. Вот здесь.
Она поставила подпись и написала адрес на поручительстве, а потом, стремясь ускорить формальности, быстро подписала бланк выдачи личных вещей Шейна.
За окном приемной светило солнце, и это действовало ободряюще. Скоро они будут далеко отсюда.
Полицейский достал из левого ящика белый конверт и высыпал его содержимое на стол, предъявляя Джуди. Часы, перстень с печаткой, шариковая ручка, мелочь, кошелек… Когда расстегнутый кошелек упал на стол, из отделения для бумажных купюр выпал окурок самокрутки. Полицейский подобрал окурок и расколупал ногтем. На стол высыпались сухие, зеленовато-коричневые крошки, немного похожие на семена петрушки. И от этого крошева исходил едкий, чуть сладковатый запах.
— Вам известно,
Джуди почувствовала, что он вперил в нее взгляд и не отводит его.
