Сегодняшняя игра, в которой можно было выиграть десятки, сотни тысяч, миллионы, ощущалась русской рулеткой. Когда Нельсон смотрел на свои карты, его пустые глаза не выражали никаких эмоций, в них не было ни сомнений, ни жизни, ни смерти…
Нельсон всегда был позади, пытаясь сблизиться с криминальными авторитетами, стремясь достичь их уровня и статуса, но ему это никогда не удавалось. У него было холодное сердце, но люди, которыми он себя окружал, были ещё более бессердечными и жестокими. Если у Нельсона было сердце, покрытое льдом, у этих людей оно отсутствовало. На месте сердец у этих людей были пустые отверстия. Нельсон никогда не мог сравниться с ними ни во влиянии, ни в жестокости, ни в кровожадности, ни в богатстве. Поэтому ему никогда не стать такими как они. Но он пытался подстроиться, пытался стать частью их мира, но его воспринимали как сообщника, шерифа, которого держали рядом ради разнообразия.
Люди вокруг него были ульем, коллективным разумом, думавшим и действовавшим сообща. Они всегда опережали его, даже когда он думал, что они на его стороне, они держались вместе, никогда не выдавая друг друга.
Игра казалась Нельсону честной, в нём теплилась надежда на победу, но всё было напрасно. Игра началась задолго до того, как крупье попросил сделать ставки, до того, как машины въехали на подъездную дорожку и до того, как Нельсон попросил жену и дочь уехать к ведьме.
Ставки были сделаны накануне вечером, когда мужчины собрались в гостиной Сальваторе. Они пили дорогой виски и курили свежескрученные сигары под звуки виолончели. Мужчины вошли с пустыми руками, засунув их в карманы, но после короткой встречи с Сальваторе, чей разум был переполнен воспоминаниями о брюнетке с невинными глазами, они ушли с портфелями денег, которые вскоре потеряют. Ставки были сделаны, игра закончилась ещё до того, как началась, и только из вежливости Нельсону дали шанс побороться за свою дочь ещё один день, потому что Сальваторе не собирался отпускать её, даже если Нельсон действительно выиграет.
Вскоре игра была окончена, выигрыш достался Сальваторе, сердце Нельсона подступало к горлу, он осознавал, что беда, от которой он пытался спасти свою дочь, постучалась к нему в двери.
†††
— Я никогда на это не соглашусь! — Аянда сердито указала пальцем на Нельсона, её глаза пылали гневом и ненавистью к мужу, с которым она прожила более двадцати лет, когда тот осмелился рассказать ей, что сделал. — Как ты мог быть настолько глупым и продать нашу дочь?! — кричала она во все горло.
По большей части, Аянда была тихой, держалась сама по себе, а её единственной ближайшей подругой была её мать. Хотя в молодости она была экстравертной, общительной девушкой, дикой и свободной. Но потом она повстречала Нельсона Ньюмана, который, словно рак, разъедал её изнутри. Нельсон любил Аянду, но она вышла за него замуж, потому что у неё не было другого выбора. Он был влиятельным человеком, окружённым ещё более влиятельными людьми, рядом с которыми он чувствовал себя непобедимым. Он хотел её, и он её получил. И в итоге он отнял у неё всё: силу воли, смелость и любовь, смех и свободу. Он лишил её всего этого, превратив в оболочку женщины.
Когда Нельсон увидел её впервые, Аянда была чистой и невинной девушкой, только окончившей колледж. Сейчас она жила в роскошном доме и мечтала сбежать от него, хотя никогда бы не осмелилась этого сделать. Аянда хотела большего для своей дочери, и если бы это зависело от неё, она бы пересекла весь мир, вернувшись на родину в Южную Африку. Но Нельсон никогда не выпускал Нирвану из виду. И Аянда знала, что никто не мог обезопасить их дочь так, как Нельсон. Именно поэтому она осталась, но теперь её терпение лопнуло. Нельсон совершил самый эгоистичный поступок в жизни — продал их дочь.
— Не повышай на меня голос, женщина, — ворчал Нельсон в ответ.
— Что, чёрт возьми, ты мне только что сказал? Я буду повышать голос, Нельсон, потому что ты говоришь о моей дочери! — Аянда схватила стакан виски, из которого пил Нельсон, и швырнула об стену, разбив его и закричав во всю глотку:
— Чего ты ожидал от меня, Нельсон? Наша дочь, Нирвана, была ставкой в твоей дурацкой игре в покер, и ты её проиграл! Ставка на свою родную дочь за шанс выиграть пятнадцать чёртовых миллионов!
— Я не позволю тебе так неуважительно относиться ко мне! — прорычал Нельсон.
— Нельзя уважительно относиться к такой свинье! — Аянда схватила столовое серебро из кухонного ящика и начала швырять ложки, ножи и вилки в своего мужа, который прикрывал своё лицо руками, пытаясь увернуться.
— Продать мою дочь! Ту, которую люблю, которую вынашивала под сердцем и воспитывала. Играть на неё в покер! Чёрт побери, Нельсон, я убью тебя, — завизжала она, прежде чем её налитые кровью глаза уставились на него. Его руки были окровавлены, потому что только что защищали его лицо и тело от летающих предметов.
— Я убью тебя, — её голос понизился на целую октаву, она больше не кричала, и её тон был мёртвенным, очень похожим на её обычный голос.
