– Мы можем поговорить? – спросила она, протягивая ему книгу заклинаний. Она прочла каждую страницу, просмотрела каждый набросок. Она знала, что для него это было важно. Глаза Малахии широко распахнулись, и он сделал резкое движение в ее сторону, как будто хотел вырвать книгу у нее из рук. Надя осторожно отдала книгу, вместе с его кинжалом.
Он молчал, водя пальцами по потертой коже, оглядывая символы богов, которые Надя когда-то нарисовала на обложке. Книга была испачкана кровью, а некоторые листы практически оторвались от корешка. Пролистав страницы, он нахмурился, растягивая татуировки у себя на лбу. Мог ли он прочитать написанные им заклинания?
Она боялась спросить.
– Спасибо, – сказал Малахия дрожащим голосом. Внезапно он переложил книгу и кинжал в одну руку, а другой взял Надю за подбородок и наклонился, чтобы поцеловать ее.
Она совсем забыла, каково это – целоваться с ним. Все равно что наслаждаться теплыми солнечными лучами; все равно что тонуть в темной воде. Наде хотелось большего, но, когда он отстранился, она не потянулась к нему. Мысль об их бесконечном круговороте предательств холодила ее кожу, как нож, приставленный к горлу.
Он прижал книгу заклинаний к своей груди, и на его лице появилась такая искренняя улыбка, что Надя почувствовала себя так, словно ее ударили в грудь.
– Я никогда не думал, что увижу ее снова. Надя, спасибо. Почему ты ее сохранила?
– Потому что ты умер, – она запустила пальцы в волосы Малахии и притянула его голову, пока его лоб не прижался к ее лбу. – Ты умер после того, как я тебя предала, и на этом все закончилось. Никаких вторых шансов. Боги играют с нашими судьбами, потому что лучший способ контролировать смертных – это забрать их, когда их смертность рассыпается в пыль, а потом отправить обратно искалеченными, сломленными и неправильными.
У него перехватило дыхание. Он отпрянул назад и демонстративно поковырялся пальцем у себя в ухе.
– Малахия.
– Извини, мне показалось или ты признала, что твои боги манипулируют людьми? Может, у меня что-то не так со слухом?
Надя застонала.
– Ты же знаешь, что я не хочу признавать твою правоту.
– Но я прав!
– Ненавижу тебя.
Малахия ухмыльнулся. Одной рукой он все еще прижимал к себе книгу, а другая лежала на ее талии. Она обвила его шею, нежно запуская пальцы в его волосы.
– Ты невыносим. Мне казалось, что я не имею права тебя оплакивать, и все равно я очень скучала. Никакие слова не могут выразить, как я рада, что ты жив, но это не может продолжаться долго. Мы все погибли на той горе. – Она затихла, прислушиваясь к его мерному дыханию, чувствуя тепло его тела.
Малахия поднял руку и осторожно коснулся ее подбородка.
– Ты готова сдаться?
– У нас нет никакой надежды, Малахия.
Он тихо хмыкнул, наклоняя ее голову.
– Что это? – пробормотал он, проводя кончиком пальца по ее горлу. Он взял Надю за левую руку, а затем перевел взгляд на лицо девушки и нежно коснулся ее лба. Ее захлестнула волна ужаса. На почерневшей ладони открылся глаз. Малахия посмотрел на ее руку и приподнял бровь.
– У тебя на лбу еще один глаз, – сказал он. – Ну-ну, Надежда, что же ты такое? – от его низкого голоса у нее по спине пробежала дрожь. – Разве я не говорил, что твоя сила подпитывается из более темных источников? – Она отказывалась признавать, что он был прав.
– Нет никаких источников. Это все я.
– Ты хочешь сказать, что непостижимое, могущественное существо, которое контролирует все мои действия, и коротышка, которая стоит передо мной, это практически одно и то же? – его пристальный взгляд блуждал по ее лицу. – Как это возможно?
– Это сложно.
– Ничего, у меня полно времени.
– Неужели?
Он закрыл глаза.
– Кстати, если соберешься на меня напасть, предупреди заранее, – добавила Надя.
– О, ты и так все поймешь.
– Да уж, мы все знаем, что ты ужасающий монстр, который сеет вокруг себя хаос.
Он ухмыльнулся:
– Я тебя еще не спугнул?
– А тебе бы этого хотелось?
– Если бы не ты, со мной бы вообще никто не разговаривал.
Эти слова выбили землю у нее из-под ног.
– Ты действительно так думаешь?
– Надя, пожалуйста. – Малахия не стал дожидаться ее ответа и отошел к ближайшему столику. Он отложил книгу заклинаний, подозвал Надю к себе и, ловко схватив ее за бедра, усадил девушку на край стола.
Их лица оказались почти на одном уровне. Ей это нравилось. Он встал между ее коленями и запрокинул ее голову назад.
– Свет здесь просто ужасный, – пробормотал Малахия, внимательно рассматривая глаз у нее на лбу. – Кто ты, любовь моя? – спросил он, а затем растерянно моргнул, осознав, что он только что сказал.
Она уставилась на него. Малахия
– Надя, – поправился он.
Она только хмыкнула в ответ.
– Ты можешь им видеть? – спросил он, с улыбкой дернув за один из эполетов на своем мундире, который она все еще носила у себя на плечах.
– А ты можешь видеть всеми своими мерзкими глазами?
Он прищурился, глядя куда-то вдаль, за ее плечо.
– Да.
– Ох, – это было неожиданно. Боги, должно быть, у него постоянно кружилась голова. – А я нет.
Малахия издал задумчивый звук.
– Хочешь попробовать?
