Затем он повернулся к Серефину. В последнюю секунду Серефин отскочил в сторону, но недостаточно быстро, и когти Малахии оставили глубокие царапины на его коже. Последнее, чего он хотел, – это находиться рядом с Черным Стервятником, когда тем управляли самые первобытные инстинкты, включая непреодолимое желание отомстить.
– Малахия, мне нужно, чтобы ты пришел в себя, – сказал Серефин. Он умоляюще поднял руки, понимая, что это совершенно бесполезно.
Малахия вздрогнул при звуке своего имени, оно показалось ему знакомым, но этого было недостаточно. Внезапно он запрокинул голову, и на его лице появилось странное выражение. Вокруг туловища и запястий Малахии обвились цепи, которые двигались сами по себе, и он упал на колени.
Позади Малахии стоял юноша с кривой улыбкой на лице. Кровь заливала его подбородок и грудь в том месте, где в него вонзились острые когти. Он должен был умереть.
– Я же тебе говорил. У нас есть способы держать его в узде, – произнес он, скривившись от боли.
– Малахия? – Серефин проигнорировал слова мальчишки.
Ониксовые глаза Малахии яростно сверкнули, прежде чем чернота сменилась бледной, почти бесцветной синевой. Он нахмурился, натягивая цепи, прежде чем опуститься на пятки с озадаченным видом.
– Возвращаясь в обычное состояние, ты помнишь, что с тобой произошло? – с любопытством спросил Серефин. Он всегда хотел это узнать.
– Иногда, – сказал Малахия искаженным голосом. Он прочистил горло и закашлялся, выплевывая на пол огромный сгусток крови. – Сейчас помню.
– Значит, ты помнишь, как чуть меня не убил.
Малахия хотел пожать плечами, но цепи так крепко сковывали его руки, что у него едва получилось это сделать. Он склонил голову, глядя на мальчишку.
– Подозреваю, что у вас есть вопросы, – весело сказал тот.
В этот момент Кацпер наконец пришел в себя. Серефин не хотел устраивать сцену, но не выдержал и притянул Кацпера к себе, целуя его с таким отчаянием, словно ему не хватало воздуха.
– У меня ужасно болит голова, – пожаловался Кацпер, когда Серефин отстранился и его тоже начали опутывать цепи.
– Не у тебя одного, – пробормотал Малахия.
Кацпер насупился, как будто забыл о присутствии Малахии и теперь неприятно удивлен такой компании.
Юноша перешел к сковыванию Кацпера, и на его лице появилось почти виноватое выражение.
– Это вынужденная мера, пока я не пойму, можно ли тебе доверять.
Серефин и Кацпер обменялись взглядами. Малахия смотрел в потолок.
– Это культ, – пробормотал он.
Закончив, юноша молча вернулся к лестнице и снова оставил их в темноте.
Серефин зажег над их головами несколько звездочек.
– Дешевый трюк, – насмешливо сказал Малахия.
Серефин подумал о том, что звезды сделали со Стервятником, который напал на него в той таверне, но оставил это при себе. Пусть Черный Стервятник его недооценивает.
– Что это было? – прямо спросил Серефин.
Малахия закатил глаза:
– Что я должен на это ответить?
– Прости, что чуть не убил тебя, Серефин. Ну, для начала.
– Я не хочу лгать.
– Ах, конечно. Ты же самый честный человек на свете.
Это замечание вызвало у Малахии пугающую улыбку.
– Как этот парень мог выжить после того, как ты ударил его когтями? – спросил Серефин.
– Вот это хороший вопрос.
Серефин забыл, насколько снисходительным мог быть его младший брат.
– Даже если бы он не умер от кровопотери, должен был сработать яд, – продолжил он.
– Ты отравил свои когти? – спросил Серефин. Это должно было прозвучать как вопрос, но сама идея была настолько нелепой и при этом совершенно очевидной, что он сам не знал, какого ответа ему стоит ожидать.
– Поверь, ты не хочешь знать, как устроены Стервятники, – ответил Малахия.
Серефин и правда этого не хотел.
– Ладно, забудь.
– Честное слово, я его ненавижу, – сказал Кацпер.
Малахия широко улыбнулся, но затем на его лице снова промелькнуло странное выражение, и он упал, содрогаясь от приступа кашля. Это выглядело довольно жалко. Через несколько секунд он с усилием выпрямился.
– Где мы находимся? – спросил Серефин.
– Откуда мне знать? Ты задаешь так много вопросов. – Малахия не мог вытереть кровь, которая заливала его подбородок, и, когда открывал рот, вид его острых зубов казался еще более зловещим, чем обычно.
– Ты что-то знаешь.
Малахия склонил голову.
– Кем бы они ни были, эти люди подчиняются богу, который захватил мой разум.
– Ох, – выдохнул Серефин.
Кацпер бросил на него вопросительный взгляд. Ну конечно. Конечно, именно так Малахия и сумел выжить. Но это было не так, как с Велесом. Потому что, в конечном счете, Велес был скорее озорным, чем разрушительным существом.
«
«Кто это?» – спросил Серефин.
