Она почувствовала, как он поцеловал ее в макушку.
– Я не знала, что мы такие друзья, – саркастично заметила она.
– Надя, ты невыносима, – он ненадолго замолчал. – Прости.
Надя еще крепе обняла его за шею. Затем она откинулась назад, обхватила его лицо руками и провела большим пальцем по длинному шраму, касаясь повязки на глазу.
– Все так плохо? – спросил он.
– Что случилось? – Шрамы на его лице выглядели как следы от человеческих ногтей.
– Я избавился от Чирнога.
В этот момент она наконец вспомнила, что раньше он не носил повязку из-за своего плохого зрения.
– Ох, – прошептала она.
Он пожал плечами:
– Честно говоря, это мне не особо помогло.
Надя обернулась через плечо, глядя на Катю.
– Кажется, я догадываюсь, благодаря кому ты оказался здесь.
– О да, наша единственная и неповторимая царевна. Я планирую организовать грандиозный побег, пока ее отец не узнал о моем прибытии. Как думаешь, это сработает?
– Мне нравится эта идея. Король Транавии убегает под покровом ночи, чтобы избежать неприятной встречи.
– Именно по этой причине я покинул Транавию! Я хочу обсудить условия соглашения, и это будет ужасно.
Надя затаила дыхание.
– Неужели?
Солдаты начали расходиться, и Серефин отвлекся, чтобы оглядеться по сторонам.
– М-м?
– Серефин, ты говоришь о мирном соглашении?
Он колебался.
– Если царь согласится. Я склоняюсь к мысли, что он не будет в восторге от этого предложения. Это может занять… годы, прежде чем мы придем к единому мнению.
– Но ты же попробуешь? – она яростно схватила его за руку. Серефин поднял брови, но она только сильнее сжала пальцы.
– Я попробую.
Надя снова обвила его шею руками.
– Все, ты превысила свою норму объятий, – со смехом в голосе сказал он.
– Тебе это нравится. Ты чувствуешь себя намного лучше, когда кто-то напоминает тебе о том, что ты просто Серефин.
Он замер, прежде чем обнять ее в ответ. Крепко, тепло и искренне.
– Я все еще считаю тебя совершенно невыносимой.
– Это взаимно.
Серефин отступил назад, наконец-то встретившись взглядом с Катей.
– Ты, – сказал он.
– Я! – царевна усмехнулась и повернулась к Миломиру: – Как вы прошли в город?
– Тайно, – заверил ее Миломир. – Думаю, нас никто не видел, но я не могу ничего гарантировать.
– Наверняка кто-нибудь вас заметил. Всегда нужно предполагать худшее – так безопасней. Я понимаю, что это вряд ли удастся сохранить в секрете.
– Серефин!
Его тут же сбила с ног невысокая девушка с плохой стрижкой.
– Кровь и кости, твое лицо! – воскликнула Остия, обнимая Серефина за шею.
На его лице промелькнула усталость, но он улыбнулся, обнимая старую подругу.
– Я так волновался.
– Обо мне? – спросила Остия.
– Заткнись.
Она отпустила Серефина и порывисто обняла Кацпера. Надя посмотрела на жилистого парня с черными волосами и нервным взглядом, который все еще находился под охраной.
– Кто это? – спросила она Миломира.
Он неловко переступил с ноги на ногу.
– Трудно объяснить. Кроме того, – он взглянул на Серефина, – с нами был его брат, но он сбежал.
– Что? – голос Кати надломился на одном-единственном слове. Зрение Нади затуманилось, и она пошатнулась, чувствуя легкое головокружение.
Она знала, но убедила себя, что это неправда.
– Ты не должен был ей этого говорить! – воскликнул Серефин.
Миломир нахмурился. Катя так сильно сжала кулаки, что костяшки пальцев побелели от напряжения.
– Я думала, ты убил его, – процедила она сквозь зубы.
– Так и было.
Царевна изогнула бровь, и Серефин чуть не улыбнулся в ответ.
– Он очень живучий. Это наша семейная черта.
Внезапно Надю осенило: кусочки пазла встали на место. Она зажмурилась, не прислушиваясь к общему разговору. Когда она вновь открыла глаза, ее встретил внимательный взгляд Серефина.
– Чирног, – тихо сказала она.
Катя недоверчиво фыркнула:
– Это невозможно.
Серефин нахмурился и ткнул в шрам на своей шее.
Катя вздохнула, но, кажется, приняла его довод. Они не могли притворяться, что боги не хотели иметь никаких дел с транавийцами.
– Нам нужно решить, что с ними делать, – тихо сказал Миломир, обращаясь Кате.
– Моего отца нет в городе, так что у нас есть немного времени.
Серефин печально вздохнул. Пока Катя с Миломиром тихо обсуждали третьего пленника, он подошел к Наде.
– Я собирался тебе сказать, – прошептал он.
– Я знала, – ответила она. – Думала, что мое воображение играет со мной шутки, но… я знала.
– Ты звучишь неуверенно.
– Потому что я и правда не уверена.
Он кивнул:
– Что ж, это объясняет твое приветствие. Я был уверен, что ты вонзишь в меня кинжал.
– А как… как он… – Нет, она не должна была этого делать. Этому нужно положить конец раз и навсегда.
Серефин посмотрел на нее, явно обдумывая свой ответ.
– Ему очень плохо, но он жив.
Этого было достаточно. Она не могла просить большего.
– Что ты чувствуешь по этому поводу? – спросила Надя.
Серефин задумался. Что-то в нем изменилось. Она видела перед собой короля, который осознавал, какая ответственность лежит на его плечах. Он больше не пытался убежать.
– Я испытываю облегчение, – просто сказал он. – Когда это случилось, мной управлял Чирног. Эта мысль помогает мне не умереть от сожаления.
