Командование русско-польской армией принял прибывший старший по чину генерал-поручик Бонапарт. Около 10 часов утра следующего дня русский главнокомандующий приказал войскам строиться в боевые порядки. Тем временем пруссаки, проведшие ночь в сыром лесу под проливным дождём, совершенно утратили волю к сопротивлению.

Отрезанные от путей к бегству, в час дня они начали сдаваться в плен. Вместе с 42 тысячами солдат и офицеров сдался и весь находившийся при войсках командный состав. Значительной части пруссаков удалось разбежаться по окрестным лесам и горам, но они больше не представляли собой организованной военной силы.

<p>Глава 19</p>

Надворный советник Николай Петрович Резанов с грустью всматривался в расстилающийся перед ним бесконечный горизонт. Позади у него осталась долгая и трудная дорога через всю Россию и Сибирь — одиннадцать тысяч вёрст! Успел уже побывать и на Камчатке, и на Алеутских островах, и в Ново-Архангельске… А теперь так и вовсе занесло его в южные широты — совместно с капитаном Ратмановым прибыл он к Сандвичевым островам!

После смерти Екатерины Великой жизнь Николая Петровича, как и многих других дворян, резко переменилась. Несколько лет Резанов служил при дворе Екатерины IIв канцелярии Гавриила Державина, дружившего с его батюшкой, Петром Гавриловичем. Казалось бы, вот тебе торная дорога: служи и служи! Но увы; затем судьба направила его совсем по иному пути: в 1794 году Николая Резанова послали в Иркутск — инспектировать Северо-Восточную компанию, торговавшую пушниной. Там он познакомился с владельцем промысла Григорием Шелиховым, а вскоре и женился на дочери купца Анне. После смерти тестя Резанов стал совладельцем компании, а после воцарения императора Александра и объявления «компанейской свободы», сиречь беспрепятственного создания разного рода компаний и обществ, объединил дело с другими купеческими фирмами и создал в Сибири мощное торгово-промышленное общество: Российско-Американскую компанию. Однако государственной службы Николай Петрович не оставил, и был направлен на Тихоокеанское побережье сразу в двух ипостасях: как государственный чиновник, имеющий дипломатические и административно-хозяйственные поручения, и как служащий компании — в целях ревизии её работы. За несколько месяцев он успел посетить побережье Охотского моря, Камчатку, Курильские острова, берега Аляски, остров Кадьяк. Результаты ревизии были… противоречивы. И вот это всё надобно изложить в письменном виде, а с чего начать — даже и не поймёшь; слишком много всего произошло!

Огромное багровое солнце быстро проваливалось в бескрайний Тихий океан. Николай Петрович тоскливо проводил его взглядом и вновь взял в руки перо: так или иначе, а отчёт сам себя не напишет! Задумчиво макнув перо в «непроливающуюся» чернильницу, Резанов принялся каллиграфическим почерком выводить:

' Милостивые государи!

Доношу до вашего сведения, что пришел я 31-го июля числа на Кадьяк благополучно, хоть и не без приключений. Жестокий ветер, накануне случившийся, показал нам всю недоброкачественность Судов местной постройки. На судне, коим мы следовали, «Св. Марии», свежим ветром отломало бушприт, так что мы насилу попасть могли в гавань в Кадьяке. Такое построение Охотских судов здесь в обыкновении: невежество судостроителей и бесстыдное грабительство местных приказчиков Компании доставляют ей суда дороже, нежели где-либо, и притом никуда негодные. Побыв на Кадьяке три недели за починками сего судна, почитаемого как лучшее и новейшее во всей Компании, компанейского судна, вышел я 20-го августа и пришел в Ново Архангельск благополучно того ж месяца 26-го числа, но токмо благодаря удаче. Все пять дней плавания нам сопутствовал устойчивый фордевинд, и я думаю, ежели б и на плоту из Кадьяка вышли, то и тогда бы достигли здешнего места.

Перейти на страницу:

Похожие книги