Таким образом, для Жубера оставался единственный выход: изыскать где-то дополнительные силы, чтобы образовать новую боевую линию под прямым углом к своей главной позиции, дабы обратиться фронтом к новому наступлению и защитить свой фланг. Таковым был корпус генерала Вандамма. Корпус Груши еще оставался на противоположном берегу, а корпус Удино — спешил от Наумбурга, безнадежно опаздывая на битву.
На лице генерала Бонапарта играла едва заметная улыбка. Противник реагировал на его действия именно так, как тот задумал! Теперь можно было приступать к разрушению целостности боевой линии врага и окончательному его уничтожению практически с полной гарантией успеха. Он знал, что теперь начинает развертываться «второй акт» боевой драмы — решающая атака. Его войска должны были
провести внезапный наступательный бой свежими войсками против ослабленного
участка изогнувшейся боевой линии противника, используя достаточное количество
солдат для прорыва и разрыва неприятельской армии на две несвязанные части.
И здесь расчет времени имел первостепенное значение. Теперь в сражении наступало такое время, когда генерал Бонапарт, держа часы в руке, буквально следил за минутной стрелкой. Он знал: есть момент в бою, когда самый малый маневр становится решающим и приносит победу; одна капля заставляет перелиться воду через край. Вот и наступил, наконец, момент «спустить гончих с поводка». Ввысь устремилась сигнальная ракета. По этому сигналу массированные батареи гвардейского резерва галопом сорвались с места и, пронесясь к рубежу в 300 сажен до противника, с невероятной быстротой начали простреливать картечью брешь в его боевом порядке. Под этот громовой смертоносный аккомпанемент 50-ти орудий пехотные колонны под дробь барабанов ринулись в атаку.
Корпус Буксгевдена, состоявший из Гренадёрской дивизии, драгунского и кирасирского полков, считался в русской армии «ударным». Половина гренадёр (все, кто стоял в первой линии) были вооружены новыми двухпульными ружьями, прекрасно действующими на близкой дистанции. По своей боевой мощи он вполне соответствовал Гвардейскому Корпусу — русской гвардии, спешившей сейчас к берегам Эльбы из Петербурга.
Задачей корпуса было проломить ослабленные линии французов и пробиться до самого моста, тотчас же заблокировав его, ужасающим анфиладным огнём сметя с него всё живое и прекратив всякое по нему передвижение — и не позволив перекинуть по нему новые резервы, и предотвратив отступление отрезанных корпусов Сен-Сира и Вандамма с кирасирской дивизией д’Эспаля обратно на правый берег.
Не сумев прорвать правый фланг русско-немецких войск, неприятель предпринял мощную атаку на левый фланг на равнине западнее Камбурга, которая казалась удобной для кавалерийской атаки. Жубер располагал здесь более чем 12 тысячами всадников против 5–6 тысяч всадников Бонапарта под началом генерала Депрерадовича. Пытаясь компенсировать меньшую численность правильными диспозициями, тот развернул на равнине длинную цепь кирасиров, а на фланге, за деревней Шмидехаузен, поставил в резерв драгун, полк конных егерей карабинеров и конно-артиллерийский дивизион. Покончив с диспозициями, Депрерадович возглавил развернутую линию своих кирасиров и двинулся на русскую конницу, будто собираясь ее атаковать, затем, внезапно круто развернувшись, стал рысью уходить от неприятельских эскадронов. Так он заманивал их за собой до тех пор, пока они, миновав Шмидехаузен, не подставили свой фланг войскам, спрятанным за этой деревней. Тогда, остановившись и повернув обратно, он направил своих кирасиров на русскую кавалерию, атаковал ее, опрокинул, вновь погнал мимо Шмидехаузена, откуда на нее посыпался град картечи и обрушились затаившиеся в засаде драгуны и конные егеря, которые окончательно разметали ее. Но столкновения конных войск никогда не бывают смертоносны настолько, чтобы не суметь возобновиться. Французская кавалерия вновь атаковала, и, всякий раз повторяя тот же маневр, генерал Депрерадович заманивал ее за Шмидехаузен, подвергая атаке с фланга и сзади, как только она проходила мимо деревни. После нескольких схваток равнина осталась за русскими, усеянная убитыми солдатами и лошадьми.
Так сопротивление, оказанное пехоте французов на поле западнее Камбурга и атаки с фланга на кавалерию у деревни Шмидехаузен, позволяли удержать позиции до подхода подкреплений.
