Сотников, хотя внешне и не показал своего недовольства (не подобное он хотел видеть на своём берегу, да и не в таком малом количестве), но помощь Избора принял, и потом всячески способствовал обустройству будущего порта. Для этого он подвязался обязательствами с купцами Молотовки, пообещав им за денежную и иную подмогу, всяческие поблажки и выгоды.
Осенью Ермолай решил начать воплощать свой план по созданию союза меж племенами, и предпринял большую поездку по Сиверии. В Вертышский Острог он прибыл ближе к зиме. Первым делом представил нового священнослужителя — эльфийку Люсиль ди Ардер, прибывшую взамен уехавшей год назад в Молотовку Лады. И только затем начался осмотр переустройства крепости.
Сотников явно остался недоволен. Как позже выяснилось, Ермолая поразила не капитальность изменений, а недоделанность. Да и вообще…
— Грядёт зима, — выговаривал Сотников коменданту, — а ты ничего из начатого не довёл до конца. Кто тебя вообще надоумил на такой шаг. Я же говорил… писал тебе, чтобы до весны ничего не делал. Не приведи, Сарн, произойдёт маломальская стычка…
— Да брось ты, Ермолай… Не впервой же выкручиваться приходиться. Да и не война же ей-ей!
— Всё на наш канийский авось полагаешься? — недовольно буркнул Сотников.
— У меня помощник с головой, — кивал на Огонькову комендант. — Не смотри, что баба…
Ермолай хмыкнул. Мила, присутствующая при этом разговоре, хотела было сказать что-то в оправдание, мол, сколько лет вообще ничего не делалось по уму, а тут… Но Безрадов показал ей жестом молчать.
— Вот что, батенька, — начал он льстивым голоском, — ты не суди нас, а лучше людишками подсоби. Который год у тебя прошу… Мы бы враз управились, будь у меня хотя бы сотня…
— Что? Ты, Тимофей Ильич, с дуба, что ли, рухнул? Сотня! Сейчас на мысе Доброй Надежды порт новый закладываем. Вот где люди нужны! Вот куда следует снаряжение, припасы да мастеровых отправлять! А ты говоришь… Коли удастся такие начинания свершить, то и Вертышский Острог нам до ненадобности.
— Да в своём ли ты уме, Ермолай? Как же так! Не быть Сиверии без нашей крепости…
— Имею честь вам сказать… — всё же влезла в разговор Огонькова.
— Хватит вам тут тары-бары разводить! — отмахнулся Сотников. — То, что крепость усилить хотите — молодцы. Но помощи не просите. Казна пуста! Мыши и те разбегаются. Более не дам… Не с чего давать! Однако в случае чего, спрошу строго. Так и знайте.
— Да ты нам руки за спиной крутишь, — возмутился комендант. — Мастеровых не даёшь, солдат и тех забрать хочешь…
— Хочу! Мне в тундру идти, а в обозе больные… Да ты и сам видал. Оставляю их вам на попечение, а с собой возьму твоих бойцов… Не бойся, не всех… Мне сейчас надо с белыми орками уговориться. Слыхал, как у Великанов получилось?
Сотников довольно улыбнулся.
— Слыхал, — как-то обречённо кивнул головой комендант.
Он снова подумал, что надо, наверное, покидать свой пост в Остроге, переезжать в Молотовку.
«А на кого оставить? — спрашивал он сам себя. Его взгляд снова пал на Огонькову. — Баба умная, но ведь баба же! Ей бы тряпками да горшками заниматься…»
А Ермолай аж светился от гордости. Внутренне он хвалил себя за то, что смог навести лад в Южной Сиверии. Договорился и о межевых границах, и в прочих вопросах поставил точку. Теперь только на север, теперь только тут сохранился клубок нерешенных проблем. Самое главное, конечно же, белые орки.
«С ними уговорюсь, сразу легче станет… Острог-то, конечно, пока нужен. Ну, а потом…Порт! Будущее за ним!»
Порт на мысе Доброй Надежды… Название-то, какое! — улыбнулся Ермолай. — Мыс Доброй Надежды… Благозвучно! Покончим с орками, сразу же туда. Надо хоть глянуть, что выходит.
Сотников предполагал задержаться в порту аж до весны. Ему уже грезился на побережье город: каменные домики, куча кораблей, пришвартованных у причала… Он уже и название придумал — Северск… Нет, лучше по-другому: Порт-Северск… или Порт-Сиверск.
Ермолай несколько раз про себя произнёс название: «Звучно… крепко…»
«А, может, Североград?» — спросил сам себя, а потом мотнул головой, мол, нечего пока бежать впереди событий. До порта, а тем более до города, ещё так далеко, что нечего пока и загадывать.
— Люди к нам в Сиверию и ехать не хотят, — сказал Ермолай. — Я, было, хотел кинуть клич по аллодам. Сами понимаете, не везде, как у нас земли хватает… тут и промыслом можно заниматься… где-то в горах медные жилы есть…В старые времена, до мора, тут горных дел мастеров была тьма-тьмущая. Да и охотников за пушниной, рыбаков, лесорубов… А сейчас что? В столице до сих пор считают наш край такой дырой, что… — Сотников отчаянно махнул рукой. — Служить сюда отправляют, как в наказание за проступки. Эльфы с Тенебры начитались своего… как там, бишь его? А! Сезара ди Вевра. И теперь думают, что сиверийцы — поголовно пьяницы, живущие в хлевах и спящие в обнимку с медведями. А тут ещё гоблины с водяниками «шумят». Орки безобразничают… И это я мягко выражаюсь! Безопасность пришлым… Да что там пришлым! Своим, родным, и тем гарантировать не можем. Так ведь?
— Так, — кивнул Безрадов.
