Тритон отстранилась от статуи. Из воздуха вырвались маленькие дуги чёрной молнии, искрившись и исчезнув вокруг неё.
— Я тебя не помню. Я здесь закончила, — сказала она.
— Подожди! Тритон, зеркало! — вскрикнула я.
— Сама делай своё зеркало, — бросила она и пошла вниз по ступеням.
— Я не умею, — я шагнула за ней, останавливаясь, когда с потолка что-то хрустнуло. — Тритон, скажи, где найти его. Я могу рассказать тебе будущее!
— Бла-бла-бла, — её взгляд скользил по руинам храма, будто только сейчас она осознала их состояние. — Я тоже могу предсказать будущее. Легко, когда каждый день одинаков. Ты здесь чужая, и ты умрёшь, прежде чем выберешься.
— Я знаю, что ты пыталась найти в той церкви! — крикнула я, и Тритон резко обернулась.
Она метнулась ко мне, размахивая руками. Я в панике отступила, споткнувшись о мантию и упав на ступени.
— Скажи сейчас! Без сделки. Просто скажи!
— Меня! — пискнула я, лёжа на спине. — Ты искала воспоминание обо мне!
Тритон замерла. В её глазах вспыхнула боль. Книга прижалась к моей груди, и через неё пронёсся слабый заряд магии. Она не хотела меня — и, возможно, именно это спасало мне жизнь.
— Миниас разрушает твою память, чтобы ты была послушной, — прошептала я, понимая, что она всё равно всё узнает потом. — Он переписывает всё, что ты помнишь, а потом заставляет забыть.
— Это иное будущее, — тихо произнесла Тритон, челюсть напряглась, глаза — чёрные и бездонные — впились в меня. — Кто ты?
Я медленно села, всё ещё прижимая книгу к груди, судорожно ища хоть что-то, что могло бы её удовлетворить, но не выдать слишком многого.
— Ты будешь скакать верхом по раю, который уничтожила, — сказала я, и в её взгляде мелькнуло нечто знакомое, ненавистное. — И пусть ты не увидишь обновлённое Безвременье, твой конь понесёт тебя сквозь янтарные поля и прохладные леса. Ты увидишь перерождение эльфов и искупление демонов, и оба народа будут бояться тебя за твою силу.
— Я… буду скакать верхом? — повторила она с мечтательной интонацией. И где-то сверху раздался треск камня — как предупреждение.
Я выпрямилась, черпая силы в её замешательстве.
— Кобылица, такая неукротимая, что даже самый искусный эльфийский наездник не смог бы её обуздать. Дар от ненавистного имени. — Ну да, довольно туманно. Если бы она когда-нибудь всё поняла, уже было бы поздно.
Взгляд Тритон стал жёстче, насторожённость отразилась в каждом движении.
— Я вижу, во что ты хочешь, чтобы я поверила. Но ты — никто. Ничто. Я убила всех своих сестёр.
— Я видела, как умер Ку'Сокс, — сказала я. — Бедное дитя.
— Ку'Сокс не мёртв, — возразила Тритон, и я приложила палец к носу.
— Всё зависит от того, когда смотреть, — ответила я.
Она металась, и во мне вспыхнула искра надежды.
— У моих сестёр есть зеркала. А у тебя — нет. Ты мне не сестра.
— Да, — признала я. — Как ты и говоришь, я — ничто. — Я должна была заставить её говорить, думать, заинтересоваться, пока не получу то, что мне нужно, просто из-за путаницы.
— Я не помню, — сказала Тритон. — Я была там, когда умер Ку'Сокс?
Я медленно встала.
— Будешь, — пообещала я. — Договор?
Хотя никакой договор заключён не был.
Настроение Тритон резко сменилось.
— Зеркало атлантов за дельфийское видение моего будущего? Нет. — Её чёрный взгляд скользнул мимо меня. — За неё — возможно. Столько магии, я это чувствую. И ни намёка на колебание при её использовании. Неудивительно, что ты обожгла её перед тем, как вытащить на рынок.
— Рейчел… — предостерегающе произнесла Элис, и я поморщилась, услышав своё имя.
— Не ничто. Ты — Рейчел, — сказала Тритон, будто зарабатывая очки, и её голос стал ласковым.
— Ты не получишь Элис, — спокойно возразила я, нарочно используя её имя, раз уж она произнесла моё. Элис вспыхнула, только сейчас осознав свою ошибку. Демоны могли использовать имя против тебя, но теперь было поздно.
— Она не носит мою копоть. У неё есть душа, — добавила я, и Тритон усмехнулась, обнажая безупречно белые зубы.
— Тогда ничто не остановит меня от того, чтобы забрать её.
С книгой в одной руке, я нащупала в кармане зелье забвения.
— Я остановлю, — твёрдо сказала я. — Как ты говоришь, я — ничто. — Из-под шляпы вырвались выбившиеся пряди, колыхаясь в пропитанном магией воздухе, где разряды искрились в пустоте. Наверное, именно поэтому Тритон предпочитала лысый образ.
— Не дави на меня, Тритон. Если я скажу слишком много, ты не переживёшь того, что грядёт.
Тритон перевела взгляд на мою руку в кармане, не зная, что я держу. Она могла бы победить меня, но медлила — чтобы не разрушить то, что так желала.
— И что же это? — спросила она.
Пульс бешено стучал.
— Свобода.
— Из этой дыры? — сухо сказала она, и я пожала плечами.
Скучающая, Тритон обвела меня взглядом.
— Возможно. Я дам тебе зеркало, но хочу кое-что взамен.
У неё оно действительно было, и я с трудом сдержала волнение.
— Что? — спросила я, и Тритон ухмыльнулась. Выражение на её лице выглядело неожиданно уместно.
— Одну ночь вдали от всего этого, — сказала она, потирая пальцы, стряхивая мёртвую магию, как пыльцу пикси. — Ты вызовешь меня в реальность, и я расскажу тебе то, что ты хочешь знать.
