В Труа молодые монахини уже с начала мессы притягивали к себе взоры мужчин и вызывали тем самым возмущенный шепот женщин и аббатов. То были бывшие блудницы, отказавшиеся от своего постыдного промысла и направляющиеся в Иерусалим, чтобы получить отпущение грехов. В центре группы стояла их хозяйка, такая же красавица, как и ее подопечные. Это была Эрихто. Справа от нее стояла Лис, она с интересом рассматривала толпу. Они шевелили губами, произнося молитву.
Роже Маркабрю опустился на колени, на его лице смешались капли дождя и слезы — его переполняли эмоции. В этот день он оставил свое актерское краснобайство. Этот человек, никогда не покидавший берегов Сены, наконец решился участвовать в паломничестве, так как надеялся на защиту Христовой Милиции. Он погрузился в молитву, осознавая величие предстоящего события.
Под конец мессы появился незнакомец, нисколько не смущенный своим опозданием. Он приехал верхом на большой серой лошади; его лицо было изборождено морщинами, тело прикрывали лохмотья, мокрые от проливного дождя. Молящиеся, все как один, вздрогнули при виде его мертвенно-бледного лица и незрячих белых глаз, как у мертвой рыбы. Это был слепой Клинамен. Он безмолвно занял свое место среди паломников, готовый идти с караваном.
Семь часов.
Начали сходиться тысячи паломников. Повсюду в Шампани отслужили мессу.
Настало время отправляться в путь.
Девять рыцарей отправились каждый своей дорогой, возглавив свои караваны. В небе маленькой планеты Труа корабли-челноки, переправляющие паломников, беспрерывно сновали между Землей и кораблями дальнего следования, ожидавшими на орбите.
Флодоар лично проверил отправление последних грузов — книг и диска. Его помощник Эрих доставил манускрипт, поврежденный в дорожном происшествии возле форта и отреставрированный до единой буквы Гаргсалем.
Пути Козимо, Ролана к Круатандьё разошлись. У каждого была своя посадочная карта — серая пластинка с полной информацией о пассажире. Козимо получил место в караване Робера де Крона и Карла де Р|ои, зарегистрировавшись под вымышленным именем Чосер; его друзья отправлялись с караваном дю Грая-Селье и де Мондидье, также под вымышленными именами. В последние дни перед отправлением каждый из них зарегистрировался во всех четырех караванах, чтобы значиться so всех списках. Благодаря деньгам Козимо» трое друзей зарегистрировались под двенадцатью разными именами.
— Будьте осторожны, — напутствовал их Козимо. — При первой же возможности я присоединюсь к вам. Думаю, что это произойдет скоро. Собственно, что нам нужно — так это собрать информацию.
Они обнялись перед дорогой.
— Как мы найдем друг друга в караване? — спросил Круатандьё.
Козимо задумался.
— Спустя неделю приходите ежедневно в полдень в зал гибернации корабля, где должно быть зарегистрировано мое имя. Это место нашей встречи.
— Через неделю.
— И не забывайте: все, что имеет хоть какое-то отношение к предмету, называемому Стоял, нас интересует прежде всего.
Друзья разошлись.
При посадке на челночное судно Козимо показал свою карту, как и все пассажиры. Прежде чем пройти на судно, он убедился, что погрузили его личный летательный аппарат. Козимо знал, что рано или поздно он ему пригодится.
На орбите вокруг Труа космические корабли-города были готовы принять на борт тысячи паломников. Они назывались Азимо-5. Мощные и быстрые, они считались лучшими кораблями галактики. Во флоте насчитывалось четыре таких корабля, каждый из них обладал системой и биотопом почти как у искусственной луны. Они медленно вращались вокруг собственной оси, создавая длительный эффект гравитации. Козимо был доволен, что попал на этот корабль-город: он хорошо знал его конструкцию. Предыдущее поколение этих аппаратов, Азимо-4, было спроектировано несколько лет тому назад архитекторами Табора. Козимо запомнил многие особенности их конструкции, еще находясь в Гильдии. Аппараты последнего поколения были больших размеров, но снаружи не были заметны какие-либо существенные новшества.
Поэтому, в отличие от большинства паломников, растерявшихся после высадки из кораблей-челноков, Козимо уверенно направился к своему сектору, чтобы найти выделенную ему каюту.
Войдя в свою каюту, он увидел две койки. Он предпочел бы не иметь соседа, который стал бы ему мешать и мог бы отслеживать каждый его шаг и жест. Хотя, если повезет, вторая койка могла остаться свободной.
Каюта была узкой. Кроме коек, там был маленький рабочий стол с настольной лампой, табурет и комод, в стенке каюты был один иллюминатор.
Козимо поставил багаж и выбрал койку напротив иллюминатора. Он лег на койку, положив под подушку сумку с оружием, пояса и документы.
Погрузившись в свои мысли, он почти не заметил мощной вспышки реактора, отправившего гигантский галактический корабль в космос. Со всех кораблей возносились тысячи и тысячи молитв, и голоса молящихся перекрывали урчание турбин.
Так начиналось паломничество.
Миллион кающихся грешников со всей галактики отправились в Землю предков.
Так начиналось паломничество.
