– Здесь ты в безопасности, тебе ничто не угрожает, а это для меня самое главное. Ты ведь знаешь, да? Я больше никогда не позволю миру тебя обидеть.
Я киваю и опускаю взгляд на его губы. Хочется поцеловать его в щеку, стереть оставленный его супругой поцелуй, но это кажется таким незрелым, поэтому я воздерживаюсь.
– Благодаря тебе мне ничто не угрожает, – с легкой улыбкой говорю ему я.
В уголках его глаз появляются морщинки, когда Мидас улыбается в ответ. Но я люблю эту улыбку. От нее мое сердце сжимается, как от ощущения, когда кто-то берет тебя за руку.
– Ты всегда будешь здесь, рядом со мной, – обещает он. – Ты еще голодна?
В ответ я качаю головой. Та малость, которую мне удалось съесть, прокисла в желудке.
– Хорошо. Тогда давай я провожу тебя наверх и распоряжусь, чтобы чуть позже тебе принесли еду?
– Да, пожалуйста.
Он оставляет поцелуй на моем лбу и помогает встать, а затем снова кладет руку мне на спину и выводит из обеденного зала.
Я молчу, пока он ведет меня по замку наверх, этаж за этажом. Уже привыкла преодолевать большие расстояния, поэтому ноги не так сильно болят, а вот моральные силы, похоже, уже на исходе.
Когда мы поднимаемся на вершину дворцовой башни, Мидас кивает несущим в коридоре вахту стражникам. Мы вместе проходим через двери и останавливаемся посреди комнаты. Не просто обычной комнаты – моей спальни. Вкупе с примыкающей гардеробной и ванной комнатой.
– Готова? – спрашивает Мидас, и я киваю, хотя с губ срывается тихий вздох, когда я смотрю на золоченые прутья.
Мидас пригласил в замок прославленного кузнеца, чтобы тот соорудил их для меня. На это ушло несколько недель, но теперь в комнату встроена изысканная птичья клетка – только в разы больше, так что легко вмещает человека и всю мебель.
Ее куполовидная конструкция представляет собой искусный крученый металл, который сворачивается наверху кольцо, а там, в золотом кольце, окружающем крышу, выгравированы прелестные виноградные лозы.
Клетка замысловатая, красивая и крепкая. Ни один мужчина не сможет сломать прутья, никто между ними не сможет пролезть. Когда Мидас пообещал обеспечить мне безопасность, я попросила его это доказать.
Вот его доказательство.
Он торопливо идет к двери, ведущей в клетку, а когда открывает ее, петли даже не издают скрипа. Мидас вместе со мной заходит внутрь, мы минуем кровать и кресла, и я устремляюсь к окну. Стекла застланы снегом, похожим на прилипшую к ним сахарную пудру. Из окон открывается не самый красивый вид, но я все равно люблю на него смотреть.
