Мидас поднимает руку и теребит мои ленты, завязанные на спине в банты. Я понимаю, что этой лаской он хочет меня утешить. Не только из-за стычки с Малиной, но и потому, что, хотя моя безопасная клетка и внушает мне спокойствие, в ней я все же чувствую себя одинокой. Скучающей. Иногда я резко пробуждаюсь ото сна с ощущением, что снова попала в ловушку.
– Поешь сегодня побольше, – говорит он.
– Хорошо.
– И поиграй на арфе. У тебя так хорошо выходит.
Я смеюсь и отворачиваюсь от окна, чтобы взглянуть на золотую арфу, которую он подарил мне несколько месяцев назад.
– Ты говоришь это только, чтобы меня утешить. Я ужасно играю.
У него подергиваются губы.
– Еще немного попрактикуешься и будешь играть лучше.
– У меня для этого много времени, – шучу я. Лучше я буду скучать, чем снова окажусь на улице, в лапах кого-нибудь вроде Закира. Если жаловаться мне приходится только на небольшую скуку, то жизнь моя и впрямь неплоха. Это мне и нужно помнить.
– У меня есть для тебя сюрприз, – внезапно говорит Мидас.
Я удивленно смотрю на него и начинаю подпрыгивать.
– Какой?
От переполняющей меня радости его губы приподнимаются в улыбке. Ничего не могу с собой поделать – подарки я люблю.
– Я расширю твою клетку.
Я округляю глаза.
– Что?..
– Понадобится немного работы, так что это не произойдет в одночасье, – торопливо поясняет он. – Плотникам нужно будет вырезать несколько отверстий в стенах и построить отдельный коридор, ведущий к твоей клетке, но, когда они закончат, ты в любое время сможешь посещать библиотеку и атриум, находясь в своем личном безопасном пространстве.
Приоткрыв от изумления рот, мгновение я могу только неотрывно смотреть на Мидаса, словно желая удостовериться, что он говорит серьезно.
– Правда? – выдыхаю я.
Его улыбка меня ослепляет.
– Правда.
Он еще даже не успевает ответить, а я уже кидаюсь к нему с объятиями, обхватывая его за шею, и покрываю его лицо поцелуями.
– Спасибо, спасибо, спасибо!
Мидас смеется, и этот беззаботный звук наполняет меня теплом, а сердце – радостью.
– Я знаю, как сильно ты любишь атриум и какую страсть испытываешь к чтению, – говорит он и отстраняется, чтобы взглянуть на меня. – А ты знаешь, как я люблю делать тебя счастливой.
– Спасибо, – повторяю я, губы расплываются в широкой улыбке. Если я смогу заходить в атриум, когда пожелаю, то не буду чувствовать себя все время как в ловушке. И вид из окон замка сделается интереснее.
– Счастлива? – спрашивает он.
Улыбаясь, я киваю.
– Счастлива.
– Хорошо. – Мидас щелкает по моему носу.
