Блиц-концерт в Челси полностью

Я попыталась утешить Кэтлин, сказав, что Энн выглядела такой сияющей, но в ответ моя подруга только расплакалась и заявила, что уже чувствует себя лишней. Квартира, в которой она всегда была хозяйкой, больше не принадлежит ей – молодые полностью завладели домом, будто стремясь вытеснить ее. Она не уверена, сможет ли и дальше жить вместе с ними. Но куда ей пойти? При этом было очевидно, что жить одна Кэтлин тоже не хочет. Я попыталась перевести разговор на другую тему. Мы с Ричардом стали расспрашивать Кэтлин о ее бизнесе. Это помогло: она мгновенно воодушевилась и поделилась своими планами. А планы были самые грандиозные: только бы война поскорее закончилась и сняли ограничения, тогда она, без сомнения, расправила бы крылья и развернулась на полную мощь. Идеям Кэтлин не было конца. Она действительно обладала талантом модельера. Ее творения отличались необыкновенным изяществом. Неважно, шла ли речь об обычном пальто или повседневном платье, Кэтлин умела придать вещам особый шарм. Последнее время клиентов у нее прибавилось. Теперь, когда «Блиц» пошел на спад и добраться вечером домой по затемненным улицам стало немного проще, людям захотелось красиво одеваться и развлекаться.

Наш с Ричардом ребенок должен был родиться осенью. Бетти Комптон отправила меня к своему гинекологу. Доктор сказал, что не считает меня особенно крепкой, и посоветовал оставить работу или хотя бы уменьшить нагрузку. Я согласилась уйти с работы в конце апреля. И еще доктор настоятельно советовал не рожать в Лондоне. Помня перипетии с родами Катрин, я понимала его беспокойство. Мы с Ричардом с радостью ждали появления нашего первенца и сразу решили, что теперь студия на Чейн-Плейс для нас маловата, нужно подыскать дом побольше. Этим я и собиралась заняться. Весна была в разгаре, налеты вражеской авиации заметно сократились, жизнь вновь заиграла всеми красками.

Семнадцатого апреля Ричард оставил свой пост в министерстве внутренней безопасности и был назначен директором отдела внутренних дел в министерстве информации. Я радовалась за мужа, поскольку новое назначение означало продвижение по службе, но, с другой стороны, не могла не чувствовать некоторого сожаления. министерство информации превратилось в предмет сатиры и нескончаемых шуток. Как ни печально, но я не доверяла ему так же сильно, как остальная публика. Зато в самом названии Министерства внутренней безопасности слышалось нечто обнадеживающее, хотя и оно страдало от засилья бумажной волокиты и бюрократических несуразностей, свойственных большинству правительственных учреждений военного времени.

Весной 1941 года всех женщин, незамужних и состоящих в браке, обязали зарегистрироваться для участия в работах по обеспечению нужд фронта. Многих такое решение правительства расстроило, люди заявляли, что даже в Германии женщины вправе сами выбирать, заниматься им домом и семьей или работать на военном производстве. Но все же большинство считало этот шаг верным, мы гордились тем, что наравне с мужчинами несем ответственность за оборону страны.

Множество зданий в Челси было разрушено, многие реквизированы для размещения военных, так что подобрать нам с Ричардом подходящее жилье оказалось не так-то просто. После долгих поисков мне все же повезло: дом находился прямо за углом, на Тайт-стрит. Замечательный современный коттедж с небольшим садиком и просторными комнатами. Владелец дома уехал в эвакуацию, но агентство недвижимости заверило, что проблем с долгосрочной арендой, а если мы захотим, то и выкупом не возникнет. Кэтлин и миссис Фрит одобрили мой выбор. Кей в один из своих визитов отправилась вместе со мной взглянуть на дом. Коттедж ей очень понравился, и она сказала, что это настоящая находка. Кей продолжала возить мистера Хор-Белиша к его приятелю на Тайт-стрит. Ее шеф был очаровательным человеком, чрезвычайно любезным и внимательным, но его особняк находился довольно далеко, в Уимблдон-Коммон. Поэтому я волновалась за подругу, когда во время налетов ей приходилось ехать на другой конец города. Однако Кей, как и водители карет скорой помощи, не считала путешествия под бомбежками чем-то особенным – просто часть ее служебных обязанностей.