Блиц-концерт в Челси полностью

Рядом со мной находились две девушки, о которых я часто думала, особенно теперь, когда налеты стали менее интенсивными и у нас появилось чуть больше свободного времени. Прежде всего, Катрин – бедняжка по-прежнему чувствовала себя ужасно несчастной. И Энн, чей роман с Сесилом набирал обороты.

Многие беженцы поглядывали на Катрин с осуждением, считая, что место матери рядом с ребенком. Она все еще не окрепла после болезни, поэтому мы стали заниматься английским отдельно от остальных. Фанатичное желание Катрин поступить на военную службу настолько прочно укоренилось у нее в сознании, что я не считала себя вправе отговаривать молодую женщину от этого шага. Стоило ей увидеть Кей Келли, расхаживающую в элегантной военной форме, как на нее нападала меланхолия. Сестра Кей, Ви, также недавно поступила в Женский авиационный отряд, отправив свою маленькую дочь к родственникам в Америку. Я спросила Ви, не поможет ли она устроить Катрин на работу в одно из ее подразделений. Ви сказала, что, возможно, потребуется некоторое время, но, в принципе, они были бы рады новобранцам, к тому же Катрин знает фламандский – это тоже может пригодиться. Кроме того, она умеет печатать на машинке, а у своего бывшего работодателя научилась вести бухгалтерию и писать деловые письма. Поговорив с Ви, я сообщила Катрин, что, если она будет усердно заниматься английским и постарается укрепить здоровье, следуя советам доктора Пеннелл, у нее есть неплохой шанс стать членом Женской добровольческой армии.

Катрин ни разу не навестила Франческу. Когда я спросила, почему она не едет к дочери, молодая женщина ответила, что не готова снова отправиться в сельский приют. Я написала медсестрам, и те ответили, что девочка здорова, прекрасно растет, но они не понимают, почему мать совершенно не интересуется ребенком. Холодность Катрин по отношению к дочери приводила в ярость ее соотечественниц, женщины считали такое поведение противоестественным.

Энн, напротив, выглядела счастливой. Девушка буквально светилась изнутри, озаренная сиянием любви, которое ни с чем не спутаешь. Она сказала, что безумно влюблена в Сесила, как и он – в нее. Я подумала, что это очень мило: оба молоды, хороши собой и прекрасно подходят друг другу. «Так в чем же проблема?» – спросила я Энн однажды вечером, когда она позвонила и попросила разрешения зайти ко мне. «Проблема в маме», – призналась девушка. Похоже, Кэтлин против этого брака. Она считала, что они с Сесилом не пара, и просила не торопиться со свадьбой. В свою очередь, Сесилу, как и другим канадцам, не терпелось поскорее увидеть наступление союзников, он был уверен, что его подразделение вот-вот отправят на континент, и хотел жениться до отъезда. Энн просила поговорить с матерью: по ее словам, Кэтлин послушает меня, хоть я и намного моложе нее. «А когда вы намерены пожениться?» – спросила я. Очень скоро, точнее – сразу, как только получат официальное разрешение. Сесилу его выдадут без проблем, к тому же они оба живут в Челси, так что никаких формальных препятствий не возникнет. Бумаги будут готовы, и молодые люди направятся прямиком к алтарю.

Энн исполнился двадцать один год, по закону Кэтлин не могла запретить ей выйти замуж, но мать и дочь всегда были очень близки, отчасти потому, что Кэтлин давно овдовела и они привыкли всё решать сообща, а отчасти потому, что Энн всегда делила с матерью ответственность за младшую сестру. В результате я оказалась перед дилеммой, чувствуя, что не вправе давать советы или каким-либо образом влиять на ту или другую сторону. Ричард разделял мои чувства и был склонен согласиться с Кэтлин – разумнее подождать. На мои рассуждения о юных влюбленных муж заметил, что мы ничего толком не знаем о Сесиле. Я же всегда считала, что нам в принципе мало что известно о других людях – лишь то, что они сами захотят нам показать, да и это отнюдь не всегда подлинное их лицо. Так что какая разница, насколько давно Энн знает Сесила? Они влюблены, и я их поддерживаю. Мы ведь с тобой счастливы, так почему бы и этим двоим не стать счастливой парой?

В тот вечер мы разговаривали с матерью Энн. Кэтлин была ужасно расстроена. Она считала этот брак ошибкой. Кэтлин не могла объяснить почему, просто такое предчувствие: она ирландка, и у нее хорошо развита интуиция. Я не смеялась над ее предчувствиями, потому что и сама обладала интуицией, которая редко меня подводила. И как раз, в отличие от Кэтлин, моя интуиция подсказывала, что брак Энн будет удачным. За последние месяцы девушка совершенно преобразилась. Она расцвела, была жизнерадостной, весело смеялась и постоянно поддразнивала Сесила. В ярких голубых глазах Энн плясал озорной огонек, она наслаждалась тем, что любима и желанна. Канадец вел себя более сдержанно, но было видно, что парень по уши влюблен и ему не терпится назвать Энн своей женой.