– Сначала я не придала значения твоим словам про пение. Но потом нашла среди результатов общего параметрического исследования – из тех, что проводил Хэб – интересную особенность. В массе пылевого облака наблюдаются периодические механические колебания, которые Хэб и воспринимал как звук. Природа колебаний, скорее всего, электретная и как-то связана с внутренней электрохимической активностью пыли. Но это не важно. Важно то, что её внутренняя фрактальная структура очень чувствительно к резонансу! Если сформировать сильное излучение нужной частоты, структура пойдёт вразнос. И при пиковых нагрузках просто рассыплется!
– А проще способов нет?
Хатч почесала затылок.
– Конечно, пыль банально боится влаги. Но где её взять на «Страннике» в таких объёмах? Вполне возможно, кремниевые структуры не вынесут и слишком сильного нагрева. Но тогда нам придётся взорвать корабль, чтобы полностью уничтожить пыль. Надеюсь, мы с таким решением пока повременим. В нашей ситуации мой метод подойдёт лучше всего. Причём электромагнитные импульсы должны быть гораздо эффективнее звуковых. Требуемую частоту я определила и внесла в протокол исследования…
«Внимание, – вновь вмешался в разговор мягкий баритон бортового синтезатора, – потеря мощности на двигателях. Структурные нарушения в работе реактора».
– Я боялся этого больше всего, – произнёс Крейдон, изучая поступивший отчёт. – Мы потеряли скорость и вышли в обычное пространство. Радиосканнеры нащупали «Мозз-4», но до неё теперь не менее восьми часов полёта.
Хатч окинула взглядом монитор, на который выводилась картинка с внутренних камер видеонаблюдения.
– Пыль повсюду, Крей. По всему кораблю. На двоих не хватит кислорода до стыковки.
– На мостике есть аварийный скафандр!
Хатч прикрыла глаза.
– Скафандр только один. Капитан здесь ты, я знаю. Но сейчас мы поступим так, как я скажу. – Она вскинула руку, предупреждая Крейдона от попытки что-либо сказать. – Я введу себя в состояние искусственной комы. Не хочу испытать всех прелестей заражения. А ты – сражайся дальше! И если появится шанс спасти наши жизни…Что ж, я надеюсь, что ты им воспользуешься!
Крейдон с тоской смотрел на неподвижно лежащую Хатч. Система самоочистки то и дело смывала пыль, налипавшую на забрало его скафандра. Медотсек почти полностью погрузился в пыльную дымку, клубившуюся и подрагивающую. Где-то в глубине отсека послышался шорох. Крейдон перевёл взгляд и с трудом разглядел смутно угадывавшиеся очертания тела Хэба. Тот попытался встать, но неуклюже завалился на бок и тут же выгнулся дугой в пароксизме мышечного спазма. Труп Руиза оставался в капсуле.
Страх мешал Крейдону думать. Он стоял у входа в медотсек и просто смотрел. Он остался один. Возможно, кому-то удалось спастись на «Мозз-4», но до станции нужно было ещё добраться. А пыль с невероятной скоростью поглощала энергию реактора, выгрызала ионы кремния из электронного оборудования. Скоро, очень скоро «Странник» превратиться в безжизненный кусок металла, стекла и пластика. Крейдон сжал кулаки. Не бывать этому! Он должен спасти оставшихся в живых людей, должен спаси корабль! Ведь в случившемся есть большая доля его, Крейдона, вины. И его ближайшей целью станет избавление «Странника» от пыли.
Крейдон вернулся на мостик. Системы самодиагностики рапортовали о критических повреждениях многих систем. На экран сыпались бессмысленные показания бившихся в электронной агонии датчиков. Пыль неумолимо и методично разрушала корабль. Крейдон отыскал последние записи, сделанные Хатч. Чтобы уничтожить пыль, требовалось мощное электромагнитное излучение определённой частоты. Но где взять подходящий источник? Взгляд Крейдона упал на изображения двигателей. Вот оно! В момент запуска двигательных установок, наверняка, формировался сильный импульс. Крейдон включил детектор излучения и приказал бортовому компьютеру произвести тестовый запуск двигателей на оставшихся мощностях. Четыре высоких «горки» на виртуальной диаграмме напряжённости поля подтвердили его соображения. Крейдон ввёл в навигационную систему новую программу полёта, настроив нужную частоту запуска. Если его затея не сработает, останется последний стопроцентный вариант. Но думать о нём Крейдону никак не хотелось. Мощности взрыва энергореактора должно было с лихвой хватить на то, чтобы превратить «Странника» целиком в раскалённое облако плазмы. Тут уж точно не уцелели бы никакие структуры, какими высокоразвитыми и сложными они бы не были. Крейдон зажмурился и дал добро на запуск.
