Он всё смотрел и смотрел на бесцельно блуждающее по медотсеку тело. А ведь он сам, вся его жизнь – вдруг подумалось Крейдону – похожа на вот это человеческое существо, лишённое разума. Он так же бесцельно болтался в космосе: от одного астероидного скопления к другому, от случая к случаю, перебиваясь крохами. А что в итоге? Чего он добился? Или чего пытается достичь? Хатч стремилась получить должность в Научном Корпусе, Хэб мечтал вытащить семью из отсталого поселения. А чего хотел он сам? К чему стремился или о чём мечтал? Только лишь о новом богатом месторождении руды? О подержанном «Гиперкарго», чтобы перевозить ещё больше руды? Какая бессмыслица!
Тут Крейдон заметил, как лицо Хэба исказила гримаса боли и ужаса. Бортинженер сделал несколько шагов к камере, на секунду Крейдону показалось, что Хэб вновь обрёл контроль над своим сознанием. Хэб прижал руки к ушам. «Оно поёт, – прохрипел он в камеру, – тонко поёт!» Крейдон вскочил, включил было связь, но помедлил с вызовом. Лицо Хэба вновь приобрело кукольное выражение, бортинженер резко дёрнул головой и упал на одно колено. Крейдон вернулся на место. Вряд ли это секундное изменение в состоянии Хэба могло что-то изменить. А Хатч нужно было отдохнуть.
Крейдон отвернулся от монитора и уставился на экран бортового компьютера. «А ведь у корабля общая система вентиляции!» – внезапно осенило его. Крейдон вздрогнул. Как же он сразу не подумал об этом! Пыль могла попасть в любое помещение корабля.
– Хатч! – позвал он. – Хатч, живо сюда!
Никто не отозвался. Лоб Крейдона покрылся испариной. В личных каютах видеонаблюдения не было. «ХАААТЧ!!!» – вдруг сорвался он на крик.
– Что? – отозвался по связи сонный голос.
– Раздери меня пульсар…Давай сюда скорее!
Хатч не заставила себя ждать. Заспанная и взлохмаченная, она появилась на мостике буквально через полминуты. Крейдон заблокировал дверь и приказал компьютеру изолировать вентиляционный канал.
– Погоди-ка… – испуганно пролепетала Хатч. – Но ведь контур вентиляции сопряжен с системой кислородной регенерации!
Крейдон объяснил ситуацию.
– Кислорода нам должно хватить до прибытия на «Мозз-4», – успокоил он.
«Внимание, – раздался на мостике синтезированный голос бортового компьютера, – потеряна связь с навигационным маяком станции назначения. Требуется корректировка маршрута». Крейдон обомлел. Это невозможно! Хатч с беспокойством посмотрела на него.
– Что это значит?
– Станция «Мозз-4» больше не транслирует пеленгующий сигнал.
– Но почему?!
Крейдон закрыл лицо руками. Потом медленно откинулся на спинку кресла.
– Даже боюсь предположить, что там могло случиться. Подумай сама: ведь пыль могла остаться на корпусе «Странника», когда мы проходили сквозь туманность…
– Хочешь сказать… – Хатч умолкла на секунду, оцепенев от внезапно озарившей её догадки. – Станция заражена?!
– Всё может быть! Разорви меня гравитация, должен же быть способ избавиться от этой напасти! Хатч, ты же медик! Попробуй найти уязвимые места у этой гадости. А я пока займусь вычислением траектории «Мозз-4». Стыковаться придётся вручную.
Крейдон с головой ушёл в изучение показаний бортовых систем. Хатч сидела какое-то время неподвижно, переводя взгляд от одного монитора к другому.
– Никак не могу сосредоточиться… – пробормотала она. – У меня просто в голове не укладывается. Крей! Надо было сразу поставить в известность службы контроля на станции!
– И что теперь?! – раздражённо бросил Крейдон. – Время вспять не повернёшь, Хатч! – Он пристально посмотрел в её наполненные страхом глаза. – Послушай меня. Возьми себя в руки! Изучи пыль вдоль и поперёк. Я уверен – есть способ её уничтожить!
– Но я даже не знаю, с чего начать!
Крейдон пожал плечами.
– Просмотри записи Хэба ещё раз. Наверняка, найдёшь зацепку. Кстати, пока ты спала, Хэб на несколько секунд пришёл в сознание. Я не уверен, но он, кажется, сказал, что-то вроде «оно тонко поёт».
На мостике воцарило молчание. Крейдон вернулся к расчётам. Теперь станция превратилась в объект, на таком расстоянии мало отличимый от миллиона других. Крупные астероиды, спутники планет, обломки больших кораблей кружили по многочисленным орбитам. Навигационной системе «Странника» требовалась вся его вычислительная мощь, чтобы среди хаоса радиосигнатур выделить нужную. Крейдон проанализировал изменение сигнала от «Мозз-4» за миллисекунды до отключения маяка, учёл эффект Доплера и установил примерный вектор движения станции. Теперь оставалось выделить сигнатуру отражённого сигнала от радиосканнеров «Странника», тогда навигационная система могла бы отслеживать движение и местоположение «Мозз-4» обычными радарами.
– Крей! – возбуждённо проговорила Хатч. – Мне кажется, я нашла способ разрушить структуру пыли!
– Умничка! Выкладывай.
Хатч потёрла глаза и устало улыбнулась.
