— Семен Константинович, ты бы съездил в штаб к своему Жукову, посмотрел, что там творится. Оттуда мне шлют какие-то странные телеграммы с прогнозами о развитии оперативно-стратегической обстановки на всем фронте борьбы с фашизмом. Если там все трезвые и не употребляют наркотики, после которых можно себя Наполеоном воображать, то нашу Ставку нужно разогнать, вместо нее пусть один Жуков работает, а мы не будем у него под ногами путаться.
Герою Ельни, конечно, Тимошенко очень мешал, как Главком направления. Жукову хотелось всю славу иметь только лично для себя, поэтому он, повествуя о том, как разрабатывался этот наш контрудар, результатом которого стала ликвидация плацдарма немцев, под Ельней родилась и советская гвардия, ни словом не обмолвился, что Тимошенко, хотя бы, на плане контрудара резолюцию «согласен» поставил. Да и вообще, Главкомы направлений только на телефонах сидели, ждали звонка из Ставки, из Ставки Сталин или Шапошников позвонят, дадут указания, Главкомы эти указания в войска спустят и дальше сидят, ждут новых директив:
«
В реальности же, именно после 10 июля, после образования Главнокомандований (Главнокомандований! А не передадочных инстанций), ситуация на фронте после первых потрясений стала кардинально меняться.
Смотрите, от границы Белоруссии до Могилева больше 400-километров. Уже 10 июля начались сражения под Могилевом. 17 дней потребовалось войскам фон Бока, чтобы проскочить это расстояние. В ходе Смоленской оборонительной операции наши войска отступили на 200–250 км, максимум, за два месяца. При этом, под Смоленском немцы имели более значительное преимущество в войсках и вооружениях, чем на начало войны против войск Западного фронта.
Еще факт бегства от войск в тыл командования Западного фронта, в результате его армии остались без централизованного управления и оборона развалилась настолько быстро, что Тимошенко приходилось начинать сражение только-только подходящими войсками армий второго стратегического эшелона, фактически, очень слабыми заслонами.
И то, что за Смоленском немецкое наступление выдохлось и уже сами немцы перешли к обороне — несомненная заслуга Семена Константиновича.
Кроме того, ведь по плану «Барбаросса» танковые группы фон Бока должны были после выхода за Днепр развернуться на север и обеспечить захват Ленинграда. Только фон Боку удалось выделить для этой задачи всего один моторизованный корпус Гота. И всё, план блицкрига полетел к чертям. План «Барбаросса» повис в воздухе.
К концу августа Гитлер о нем уже сам забыл. Он стал лихорадочно искать выход из той ситуации, куда приехал вермахт. Ленинград не взят и перспективы его захвата растаяли. На Юго-Западном направлении Рундштедт должен был разгромить советские войска и открыть выход на Донбасс и дальше, на Кавказ. Но и там войска под командованием Буденного остановили немцев у Киева. Гитлер сам признался, что реальной стала опасность развития обстановки в позиционную войну на всем фронте…
Самое моё любимое место в «Воспоминаниях и размышлениях» вот это:
