В силу своих обязанностей Мария должна была получать на общее отделение львиную долю мыла, которое имело огромный спрос на рынке, но Кроль выдавала мизерное количество, из которого что-либо украсть попросту было невозможно. Однажды в свое дежурство Мария наконец решилась поговорить с завхозом и попросить увеличения нормы выдачи мыла. Когда в бане прекратилась подача воды, а в последнее время такое случалось все чаще, Мария постучалась в дверь складского помещения, являвшегося по совместительству кабинетом завхоза. Помимо стеллажей с материальными ценностями здесь стояли стол, кушетка и многое другое, что позволяло Тамаре Сергеевне чувствовать себя на работе более чем комфортно. Увидев сотрудницу, она, против обыкновения, не стала разговаривать в дверях, а пригласила войти.
– Давно к тебе приглядываюсь, – не став выяснять причину ее визита, начала разговор Тамара Сергеевна. – Твой муж, кажется, на фронте, а у тебя дочка маленькая?
– Да, – удивилась такому вниманию Мария.
– Тяжело, наверное? – вздохнула Кроль. – Ты вообще-то видная женщина, только исхудала сильно.
– А кому сейчас легко? – усмехнулась ее подчиненная.
– Да, всяк трудится, как может, лишь бы выжить, – кивнула завхоз. – А ты чего зашла?
Мария не знала, как поделикатней изложить свою просьбу, но все же решилась.
– Да все думаю, как ноги не протянуть. У меня же дочка, и я за нее в ответе. Вот и подумала вас попросить чуть побольше мыла выдавать, чтобы можно было хоть по куску в смену для себя сэкономить.
– Голодно? – догадалась Кроль. – Так если с мылом поймают, лет десять получишь.
– А иначе с голодухи ноги протянешь, – обреченно вздохнула Мария.
– И так бывает, – в тон ей вздохнула завхоз, внимательней оглядев ее ноги в шерстяных колготках, и задумалась.
– Уж не знаю, может, и впрямь тебе помочь?
– Ох… – не выдержала радости Мария.
– Побереги эмоции, – осекла ее Кроль. – Я не про мыло, другую поддержку хочу тебе оказать.
– Какую? – недоверчиво и немного разочарованно поинтересовалась Мария.
– Сперва ответь: хорошо ли я выгляжу? – попросила Тамара.
Вопрос был лишним. Мария сразу обратила внимание на ее внешний вид: Кроль разительно отличалась от других женщин-блокадниц в первую очередь здоровым цветом лица и легким румянцем, что сразу бросалось в глаза на фоне серых, опухших от недоедания лиц. То же можно было сказать о ее крепкой фигурке.
– А выгляжу я так и с голоду не пухну за счет того, что умею угождать начальникам, которые специальный банный блок посещают, – перешла к сути Тамара Сергеевна.
– Продуктов подбрасывают, – поняла Мария.
– Еды кое-какой перепадает после их пьянки, – кивнула женщина. – Но главное – не тот рацион.
– Не понимаю, – пожала плечами Мария.
– У тебя муж первым мужчиной был? – неожиданно совсем не по теме разговора задала вопрос Кроль, закуривая «беломорину».
– Да нет, – смутилась Мария, совершенно сбитая с толку.
– И другие были? – пыхтя папиросой, продолжала своеобразный допрос собеседница.
– Да, – тихонько призналась Мария, вспомнив про отца своей дочери.
– Ну, тогда слушай, – немного оживилась Кроль. – Я только и живу за счет мужской спермы. Мне о ее питательных свойствах один мой любовник до войны рассказывал. В ней чистый белок. А где сейчас белок? Мяса-то нет. А эти клиенты ходят сытые, раскормленные, знать не зная про голод. Вот я их и дою.
– Как это? – ужаснулась всему услышанному Мария.
– Обыкновенно, – отмахнулась Кроль. – Весь фокус в том, что белок нужно глотать, иначе толку мало.
Мария замолчала, поняв, о чем говорит ей женщина.
– Так вот, – по-своему расценила ее молчание Тамара. – Ты баба видная, поэтому, если хочешь, можешь со мной посменно обслуживать спецблок, а то в последнее время начальников все больше стало ходить. Не пропадать же продукту.
При последних словах она хрипловато засмеялась.
– Так что, ты согласна или тебе не по нутру такой рацион? – подозрительно вглядывалась в нее Кроль, словно начиная жалеть о своей откровенности.
– Я сразу не могу сказать, нужно подумать, – выдавила Мария.
– Но учти: станешь языком трепать, мигом отсюда вылетишь, – пригрозила Тамара.
– Да нет, я в этом ничего предосудительного не вижу, – догадалась о ее мыслях Мария.
– Я бы могла Светке-банщице предложить, она бы согласилась, но уж больно тощая, посетители будут недовольны.
– Да я не отказываюсь, – почему-то испугалась Мария, – просто неожиданно это как-то.
Отработав свою смену, Мария, до возвращения домой, забежала к Христофорову и пересказала разговор с завхозом.
– Ты представляешь, какую гадость она мне предложила! – негодовала женщина.
– Да, неожиданное предложение. С одной стороны… – потянуло на философию Бронислава Петровича. – Хотя сейчас главное выжить, поэтому одни кошатинку едят, другие человечинку. Чего ж удивляться, что женщина за счет своей природы выжить хочет.
– Ты что же, считаешь возможным такое занятие для нормальной, уважающей себя женщины? – не поняла Мария.
– Мое самоуважение не помешало вашу кошку съесть, – недобро усмехнулся Христофоров.
– Так, может, мне согласиться, чтобы в брюхе сытнее было? – напрямую спросила Мария.
