Вскоре, после развода, их мама забеременела Андреем от другого мужчины. По словам Кати, они жили хорошо, были в достатке, занимались хозяйством, разводили свиней, птицу и всякую всячину. В свободное время мама подрабатывала в такси.
– Мама все тянула на себе. Работала без продыху, – рассказывала соседка.
– А отчим?
– А отчим ничего не делал. Гулял с соседкой, пока мамы не было дома, – с вызовом говорила Катя. – Мама его очень любила и все для него делала. А он, как и прежний, пил и избивал мать. Иногда и мне доставалось, когда я заступалась.
Я не мог поверить в эту ужасную историю. Во мне начала закипать ярость. Не укладывалось в голове, кем нужно быть, чтобы избивать жену и маленькую девочку.
Налил стопку и резким движением опустошил. После третьей, рассудок стал медленнее тянуть мысли, но по-прежнему оставался внимательным.
– Однажды, – лицо ее посерьезнело, словно стало каменное, – мы были на берегу реки. Я, Андрей и отчим. Андрюшка – маленький, везде суется, все ему интересно. И пока он капался на бережку вдали от нас…– она запнулась, едва проглотив нервный комок. Взгляд устремился в пол.
С огромным трудом взял себя в руки и попросил продолжить.
– Он повалил меня на землю и попытался изнасиловать.
Твою мать! Словно долбанутый кувалдой, я был в бешенстве. Каждая мышца напряглась, как арматура. Я услышал скрип от сжатия собственных зубов. Тварь…
Налил. Выпил.
– Нет слов, я просто в шоке. Как ты такое пережила? – С трудом спокойствие начало возвращаться. Романтический вечер сорвался, подумал я.
– Если бы не Андрей, у отчима бы получилось. Он закричал и, наверное, испугал отца, а я вырвалась и убежала. Захлебываясь от страха, пришла к маме и все рассказала, но она мне не поверила. Сказала, что я все специально выдумала, чтобы поругать с отцом. Мне еще и от матери досталось.
Адский поток мыслей разрывал мне голову.
Я почувствовал себя непробиваемым, готовым разорвать любого в клочья, за этого маленького человечка. Мы обнялись. Казалось, наши души переплелись в единое целое. Между нами заключилось что-то невероятно мощное, вихрь любви скрепляющий, как цемент. Никому тебя не отдам.
За весь вечер так и не удалось напиться. Пустая бутылка отсвечивала маленькими огоньками, но уже не было той уютной, теплой атмосферы. Я был словно залит свинцом, одолеваемый тяжелыми мыслями.
Хотел я или нет, но с Катиным сыном, знакомиться все-таки пришлось. Под предлогом чаепития, соседка позвала на домашние беляши.
Чужие дети, и дети вообще, остаются для меня не исследованной стороной. Я не знаю, что с ними делать и как себя вести. А они это чувствуют и раздражают своим безобразным поведением. Поэтому идея встречи с ребенком несколько пугала. Выбора не было, собрал волю в кулак и в образе невозмутимого, серьезного дяди, устремился на «семейное» свидание. Черные штаны и футболка, большие часы на правой руке, бритая голова – точное отражение меня.
В семь тридцать, я уже был на кухне, смотрел, как хлопотали бабушка с внучкой, вылепливая беляши.
С Максимом мы быстро познакомились, тем вечером стал ему другом. Он показывал игрушки, без конца что-то рассказывал, мы играли. Потом пошли пить чай с горячими, ароматными беляшами и беседовали, как в семейном кругу. Но от начала и до конца, я не был собой и вынужден являть манерность. Я тогда подумал, нужно ли мне это.
Первое впечатление – приторно сладкое и не полное. Кашина, как заботливая мать уделяла внимание сыну, рисовала с ним, что-то рассказывала, носила на руках. Она была чутка к каждому призыву Максима, демонстрировала свою любовь и материнство. Казалось, идеальнее матери не существует.
Бабушка, Алла Ивановна, напоминала аристократку, умная и вежливая, знает, как встречать гостей, чем порадовать. Мы вспоминали моего отца. Оказывается, он часто у них бывал. Алла Ивановна хорошо о папе отзывалась. У них были теплые и доверительные отношения. Зато, много грязи выливала в сторону Катиного мужа. Не исчислимое количество обвинений и суждений сыпались, как град.
Презираемый и лишенный уважения муж оставил после себя только ребенка и плохую репутацию. Может быть, это солидарность или глупое оправдание, но мне казалось, что дело не только в пьянках супруга. Да и в пьянках ли вообще.
Что обычно говорят жены, когда разводятся? «Муж – алкаш, скотина, а я так стараюсь, так стараюсь». Но не бывает, чтобы одна сторона была виновата. Всегда вдвоем, и не редко тот, кто, кажется идеальнее и правильнее. Трудно судить, и не стремлюсь, но что-то там не так. Тем более, если учитывать Катин характер. А муж восемь лет продержался. И с виду нормальный парень.
