- Ты разочаровал меня, синигами! Я думал ты стал сильнее, но… Беги… Если хочешь выжить… – Пренебрежение исказило его лицо и даже вечная улыбка исчезла из его лица, съеденная горечью.
Глаза Ичиго дрогнули и пламя на миг вернулось в ее зрачки. Как сильно унизил ее сейчас этот человек, которому было наплевать на ее страх, усталость, тревогу и замешательство…
- Беги, Куросаки Ичиго… – Повторил Гин. – Или я убью тебя немедленно.
Острое жало Шинсо сверкнуло в его руках, заставляя Куросаки остолбенеть, а Гриммджоу вздрогнуть.
«Она, что, рехнулась?» – Только и успел подумать арранкар, как тут же ощутил в своей груди быстро и плавно входящее лезвие занпакто Ичимару.
Все трое – Куросаки, Гин, да и сам Джагерджак – с завороженным взглядом смотрели, как тонкая игла Шинсо, обагренная кровью, покидала пробитый белоснежный покров ресуррексиона Гриммджоу, оказавшегося в один миг между мечом и сердцем Куросаки.
- Ты?.. – Округлил свои глаза-щелочки Ичимару.
- Гримм-джоу?.. – Выдохнула его имя Ичиго.
Секста медленно повернул к ней лицо и сверкнул яростным голубым светом.
- Сла-бач-ка… – Прошептал он почти беззвучно. – Мне гадко, что я проиграл тебе…
Немая сцена нависла над всеми и в этой холодящей душу тишине, Гриммджоу со вздохом откинулся на спину. «Снова сражен…» – Подумал он и закрыл веки.
Губы Куросаки дрогнули и ее, застывшие на лице Секста Эспады, глаза сами собой проронили слезу…
- Ичимару, что здесь произошло?
Возникшая вдруг недюжинная реяцу вдавила Куросаки тяжестью в землю. Ее руки погрузились в песок по запястья, а голова с трудом могла поднять взор. Перед ней стоял уже не человек, а существо – с фиолетово-угнетающими глазами, идеально сложенное, с неизменной гордой посадкой головы и величественной осанкой.
- Гриммджоу? – Слегка удивленно спросил Айзен, заметив своего Эспаду у ног Ичиго.
Он давно считал его погибшим в схватке с Куросаки, но, похоже, временный синигами оказался слишком слаб даже для того, чтобы добить свою жертву. Его взгляд не без садистского наслаждения заметил обескураженное выражение лица Куросаки.
- Оставь их, Гин… – Обратился он к своему помощнику. – Сначала я уничтожу настоящую, столь любимую Куросаки, Каракуру, а потом приду и сам убью этого человечешку…
- Как скажете, Айзен-сама. Я просто не хотел, чтобы вы беспокоились по пустякам.
- Все в порядке, Гин. Здесь больше нечего делать. Открывай сенкаймон, мы идем в Общество душ...
====== XXXII. ВЗРОСЛЕНИЕ СИНИГАМИ: СПАСТИ ВЕСЬ МИР ======
Куросаки, опустошенная шоком и ужасом, заворожено смотрела на бледное лицо арранкара с голубыми волосами. «Откуда он здесь взялся?» – не тот вопрос, который занимал ее сейчас. «Зачем он это сделал?» – звучал в ее голове сильнее.
Ее рука замерла в нерешительности, нависнув над его щекой. Но все же дотронулась. Холодная, точно и не было в ней жизни никогда, точно не горела в ней та ярость и страсть, которые привели его сюда. Неужели он сам хотел убить ее? Столько ненависти читалось в его необычайных глазах, когда он в последний раз взглянул на нее и обвинил в слабости…
А потом он рухнул, словно срубленный ясень, истекая последними каплями жизни. Не давая больше времени на объяснения, не оставляя никаких возможностей для оправдания и исправление ее ошибок. Его веки закрылись, навсегда отдаляя момент их реванша и новой встречи. Почему так случилось? Гриммджоу ведь пришел к ней с расчетом на победу, а теперь лежал сраженный чужой рукой…
Ладонь Ичиго скользнула вверх по его щеке и прикоснулась к волосам небесного цвета. Жесткие – как и его нрав, непокорные – как и его воля. Была… «Зачем ты сделал это, Гриммджоу?» – Опустила над ним свое лицо Куросаки и увидела, как по его щеке растекаются слезы. Что? Ее слезы?.. Пролитые впервые за годы ее эмоциональной комы…
- Прости… – Прошептала она и пригладила его волосы несколько раз. – Прости, что оказалась недостойным победителем…
Вспышка внезапной сильной реяцу за ее спиной заставила девушку обернуться. Перед ней оказался Иссин, с суровым выражением лица смотревший на столь странную картину. Синигами жалел арранкара? Это было слишком даже для великодушия его дочери.
- Кто это?
- Гриммджоу Джагерджак, Секста Эспада.
- Это ты сразила его?..
- Нет… – Куросаки опустила глаза, пряча свой стыд и раскаяние. – Ичимару Гин. Пронзил его Шинсо, которым целился в меня.
Брови Иссина взлетели вверх, точно потревоженные выстрелом птицы. Взгляд черных глаз скользнул по телу огромной антропоморфной пантеры, раскинувшейся у ног его дочери.
- Он, что, спас тебя?! – Окутанный в костяную белоснежную броню своего ресуррексиона, арранкар отчаянно прижимался лапами к достаточно глубокой сквозной ране на груди. – Но... зачем?
- Не знаю, – с грустью посмотрела на Сексту Куросаки. – Возможно, он хотел получить от меня долгожданный реванш…
- Хм, спасти, чтобы убить… – Погладил подбородок Иссин. – Звучит как-то странно?
