Она все делала беспрекословно, вызывая в Иссине легкую грусть и нервозность. Уж лучше бы она сдавалась, чем действовала так отрешенно, принимая происходящее как данность.
- Я не могу сказать тебе, – вздохнул он. Правда о цене расплаты за эту технику не могла так просто соскользнуть с его языка. – Ты должна сама заставить свой занпакто открыть ее секрет.
- Заставить?
- Да. Поскольку он будет сопротивляться. Рьяно и отчаянно. Но ты должна победить его, Ичиго. От этого зависит жизнь наших родных и близких, всех жителей Каракуры и Общества душ.
Она закрыла глаза, концентрируясь.
- Мог бы не говорить этого. Спасать остальных – мой долг и только он ведет меня по жизни. Только это имеет значение.
- Да… – Повторил Иссин рассеянно, отмечая, как вмиг повзрослела эта рыжеволосая девочка всего за один-единственный день. Ему больше нечему было ее учить…
====== XXXIII. ДОЛГ И ПОНИМАНИЕ: КОШКА КОТА ВИДИТ ИЗДАЛЕКА ======
Гриммджоу очнулся, когда страшный грохот чего-то сверху ветром отбросил поток пыли ему в лицо. Он закашлялся, чувствуя одновременно острую боль в груди и привкус крови на языке.
- Твою мать… – Простонал он. – Неужели опять живой?..
С трудом разлепив веки, он осмотрел свое несчастное израненное тело. Ресуррексион рассыпался, очевидно, когда он потерял сознание от болевого шока, однако сейчас все оказалось не так уж плохо. «Странный удар…» – Провел Секста рукой по проколу, пришедшемуся в аккурат поверх сердца. Вспоминая свое положение тела при ударе, идентичное положению Куросаки, Гриммджоу медленно осмысливал, что подобная не смертельная атака пришлась бы и в адрес временной синигами.
«Случайность?» Только не для капитана Ичимару – гения скорости и коварства, занпакто которого в точности отвечал своему хозяину. «Нет, этот удар сознательно приходился именно в то место, которое было задумано и которое было четко рассчитано наперед».
Секста попробовал подняться и, к его удивлению, сесть у него получилось. Значит, предположения подтверждались – Ичимару не собирался убивать ни Куросаки, ни подставившегося, вместо нее арранкара. Но почему? Неужели у него, как и у самого Гриммджоу, было свое мнение насчет происходивших событий? Неужели Гин решил пойти против самого Айзена?.. Нет, быть такого не может! Или…
Джагерджак почесал затылок, запуская пальцы в пыльные волосы. Стоп! Это прикосновение… Она также проводила своими пальчиками по его прядям, и он хорошо запомнил это еще до того, как отключился. Помнил о ее тепле, струящемся от бережных прикосновений, помнил обжигающую слезу, упавшую на его щеку, помнил тихие слова, шептавшие слова прощения…
Интересно, что чувствовала она при этом? Грусть, боль, жалость? Столько чувств он познавал снова и снова, но так и не мог научиться их различать. Но ведь она-то разбиралась. Что же чувствовала тогда? Он хотел знать это, услышать, потребовать ответов от нее, ведь сам он никогда бы в этом не разобрался. Вся эта канитель с чувствами вызывали в нем столько противоречий и смятений, даже если они касались его одного. Разбираться же в других ему только предстояло научиться…
«А-ай! Дурак, что ли» – Прорычал он сердито на себя. О чем тут спрашивать? В лицо ударился волной стыд за последние выброшенные Куросаки обидные слова. «Слабачка…» Нет, он всегда уважал ее силу, но в тот момент он презирал ее за то, что она сдалась. Так внезапно и бесповоротно, не имея никаких оснований и прав на это! Победив его и Улькиорру, она сдалась тому ничтожеству, Айзену, который сражался так же подло, как и говорил, окутывая всех паутиной своей лжи и иллюзии.
Он оглянулся. Ведь Айзен был здесь. И Гин с ним рядом. И Куросаки. Они что-то говорили про настоящую Каракуру. И Общество душ. Гриммджоу рассеянно осмотрел все в радиусе поля зрения – одни развалины и ни намека на существ, как живых, так и мертвых. Куда же они подевались? А Куросаки? Что с ней сейчас происходит? Она выглядела такой разбитой, что... Кто же теперь ее защитит?
Арранкар поднялся на ноги, останавливаясь в полной неизвестности, что делать ему дальше и куда вообще идти?
- Вай-вай, – прозвучал за его спиной спокойный мягкий голос, – здесь еще один…
Гриммджоу подскочил от неожиданности и, обернувшись, оказался просто напротив своего внезапного врага. Когда он успел подкрасться да еще так незаметно? Секста негодовал на сбитые звериные рефлексы, но не выдавал внутренних переживаний. Человек в зеленом домашнем костюме и в полосатой шляпе также смотрел на него со спокойным, даже хладнокровным, взглядом, лишенный абсолютно каких-либо эмоций.
- Кричи, Бенихиме… – Прошептал он довольно тихо, вскидывая свой занкпакто над головой.
У Гриммджоу не было никаких шансов на защиту. Раненный, огорченный, обескураженный, чужой – он был совершенно не готов к новой битве.
Между мужчинами нависла сокращающая отсчеты жизни гулкая пауза, и, когда, казалось, исход был уже предрешен, а взмах меча разрезал воздух, арранкар и синигами отпрянули друг от друга – между ними, как из-под земли, выросла фигура Йоруичи и зашипела устрашающе на своего старого друга.
