Мы с детективом простились с Гриджи и Челсом и отправились пешком на железнодорожную станцию через гороховое поле. Я пытливо задавала Челейву вопросы, но не добилась от него ни одного внятного ответа.
– Расскажу, когда придет время, – неизменно отвечал он. А когда это время наступит, конечно, не уточнял.
Мы сели в подошедший поезд, который направлялся в Тензан, и устроились в набитом людьми плацкартном вагоне. Я рассматривала этих людей и пыталась определить по их лицам: кто из них сознательные гости виртуального мира, а кто искусственные интеллекты? Естественно, что я могла только строить догадки. Внешне одни от других ничем не отличались.
Чел сообщил мне, что в его чемодане лежат деньги, которые мы заработали честным трудом, берясь за расследования, и теперь можем нечестно их потратить. Например, прикупить домишко в Тензане, устроить заговор или свершить революцию, свергнув Темных с пьедестала. А можно пустить денежки в бизнес, зарегистрировать биржу и «впаривать» людям акции и облигации, делая на этом бешеные деньги. Но Чел сказал, что его тянет, как моряка в море, обратно в театр, и он вернется туда при первой же возможности. Лицедей, что с него взять? Я не преминула возможности брякнуть, что театр – это скучно. А он назидательно ответил, что прежде чем высказывать подобные мысли, нужно сначала увидеть хотя бы один спектакль с его участием.
– А ты чем планируешь заниматься, Ли? – примирительно спросил детектив.
Он не выпускал из рук свой денежный чемоданчик ни на минуту, чем здорово веселил меня.
– Я кроме расследований и поисков украденного ничего не умею, – пожимаю плечами и рассматриваю пейзажи за окном, меняющиеся каждую минуту.
Поезд проносился мимо лесов, полей, поселков, городов, станций. Мы видели море и горы издалека. Стало быть, Левизион – это киберпространство, которое не имеет границ, и у нас будет еще уйма времени здесь все обследовать.
Как сказал Челейв: «Левизион – это такой мир, блуждая по которому, тебе кажется, будто ты совершаешь путешествие во времени и курсируешь по разным странам Земного шара».
Челейв рассказал мне, что в состав Империи входят около тысячи городов, четыреста поселков и деревень. Остальные локации не поддавались исчислению: пещеры, озера, фермы, «мертвые» города после апокалипсиса и старинные развалины специально для сталкеров. Границы Империи постоянно расширяются, выстраиваются все новые и новые мегаполисы. И каждый гость находил себе здесь местечко по своему вкусу.
Гости появляются в Левизионе с полным погружением в виртуальное пространство. Здесь задействованы все пять органов чувств: обоняние, осязание, зрение, слух и вкус. А так же пресловутое шестое чувство, которое называют интуицией.
Народ валит толпами в Левизион за наслаждениями. Чем бы игроки здесь не занимались, от всего получают удовольствие – будь то стрельба по НПСам, поиск кладов или занятия сексом. Симуляция, как идеально подобранный антидепрессант, избавит от любой хандры.
– Имей в виду, в Тензане к нам будут относиться враждебно, – предупредил Чел.
– Переживу как-нибудь. Можно подумать, в Эдинне меня все любили, – хмыкаю я.
Меня интересовали тензанцы – эти поклонники дьяволу. Как они живут, где живут, в какую одежду одеваются? Мы постоянно соперничаем, а я не имею ни малейшего представления об их образе жизни. Они привлекали меня своей непохожестью на нас. Во мне проснулся древний инстинкт узнать врага ближе, изучить его слабые стороны, чтобы потом уничтожить.
– Эдинна… Славный городишко… был. Подозреваю, что Темные скоро разнесут его в щепки, или уже разнесли, – равнодушно пожав плечами, сказал Чел.
– Когда ты говоришь Темные, ты кого имеешь в виду?
– Тензанцев и игроков, которые сражаются на их стороне.
Я заметила, что на Чела постоянно поглядывает кудрявая девушка, сидевшая у окна в красной шляпке. Вагоны плацкартные, и все пассажиры друга у друга на виду. Однако кроме нее нами больше никто не интересовался. Подозреваю, что виной тому было прирождённое обаяние мистера Альбосы, под которое попадали все дамы, независимо от возраста и социального положения.
Я зевнула и прикрыла глаза. Есть вещи, которые никогда не утратят своей ценности, и я сейчас говорю не о деньгах. Поиск эмоций – вот что движет этими женщинами, да и людьми в целом.
Чел встал со своего места и сказал, что выйдет подышать свежим воздухом. Вместе с чемоданом он протиснулся сквозь вытянутые ноги сидящих пассажиров и скрылся в тамбуре. Я даже не удивилась, когда девушка в красной шляпке оставила недопитый чай в мутной кружке и последовала за ним.
Незаметно для себя я уснула. А спустя какое-то время Челейв тряхнул меня за плечо.
– Ли, просыпайся! Мы на месте, – сказал он.
Я открыла глаза и осмотрелась. Действительно поезд стоит на перроне, а пассажиры торопливо покидают вагон, словно желая как можно скорее оказаться на оживленных улицах Тензана.
