Я уже на полпути к выходу, когда замечаю нечто размытое. Персуа мелькает через зал, а затем я чувствую, как её нога переплетается с моей. Она двигается слишком быстро, чтобы я успела среагировать; я спотыкаюсь…
И восстанавливаю равновесие благодаря неуклюжим взмахам руками. Мне ставили подножки и раньше, и у меня хорошая стойка. Тем не менее я пошатываюсь вперёд и слышу издевательский смех Персуа.
— Какая ты неуклюжая. Что случилось, Риока?
Я поворачиваюсь, глядя на неё. Она ухмыляется, так и провоцируя меня что-то сказать. Я обдумываю свои варианты и решаю, что этого делать не стоит. Эта маленькая победа за ней, но, если она сделает это снова, ей конец.
Я продолжаю идти, поправляя поясную сумку. Персуа всё ещё смеётся, но я просто убеждаюсь, что она ничего у меня не стащила. Зелья? Есть. Мешочек Териарха? На месте. Подсумки на поясе?
Один из подсумков развязан. Я ощупываю его и обнаруживаю в нём холодное, жирное мясо и крошки, покрытые вареньем. Больше ничего. Моё сердце учащённо бьётся. Я резко оборачиваюсь…
— Отмщение!
Крик исходит от крошечной Морозной феи, которая летит к лицу Персуа. У девушки есть только мгновение, чтобы закричать, прежде чем Иволет настигает её. Фея порхает вокруг Персуа, торжествующе крича, пока та визжит, а люди удивлённо вскрикивают.
— Получай! Вот тебе, смертная девка!
Она вырывает Персуа волосы, выдёргивает пряди, кусается и царапает ей лицо. Девушка кричит, отбиваясь от маленького существа, но Иволет повсюду. Но тут рука Персуа по чистой случайности сталкивается с феей, и Иволет падает на пол.
— Что это? Убейте это! — пронзительно кричит Персуа, когда другой Бегун бросается вперёд и подхватывает Иволет.
Она кричит на него и пытается его укусить, но он прижимает палец под её подбородком. Все затихают, впервые разглядев, что представляет собой Иволет.
— Что это за существо?
— Это… это не монстр? Фраерлинг? Оно слишком бледное! И у него есть крылья!
— Отпусти её.
Я шагаю вперёд, но Персуа с дружками тут же преграждает мне путь. Она впивается в меня взглядом, пока по её лицу стекает кровь из царапин и тех мест, где Иволет содрала ей кожу и волосы.
— Ты это сделала.
Я игнорирую Персуа, глядя на Бегуна, держащего фею. Он в неуверенности, но его хватка сильна, и, как бы фея ни сопротивлялась, она явно не может вырваться. И заморозить его она тоже не может; видимо, без своей магии она на это неспособна.
— Это не монстр. Это Морозная фея. Отпусти её сейчас же.
— Зимний Спрайт?
Он ошеломлённо уставляется на Иволет. Та пытается повернуть голову, но его ноготь впивается ей в подбородок, не давая ей это сделать. Фея метает взглядом кинжалы и капает слюной на его большой палец, но это всё, что она может сделать.
— Убей её, — шипит Персуа на другого Бегуна.
Он колеблется. Моё сердце сжимается, и я повышаю голос:
— Причинишь ей вред, и я тебя убью. Даю слово.
Бегун оглядывается на меня. Он один из подручных Персуа, но я знаю, что мой взгляд максимально серьёзен. Я имею в виду каждое слово. Персуа смотрит на меня, затем на фею, после чего лукаво улыбается.
— Это твой друг? Тебе приходится дружить с монстрами, раз больше никто другой тебя терпеть не может?
Я игнорирую Персуа и протягиваю руку.
— Отдай её мне.
— Не слушай её.
Персуа встаёт между мной и Бегуном. Она делает жест, и теперь её банда начинает меня окружать. Я даже не смотрю на них; мои глаза устремлены только на Иволет.
— Я никогда раньше не видела Зимнего Спрайта. Они действительно так выглядят? Похоже, они самые редкие из всех монстров; как тебе удалось его поймать?
Я пытаюсь отвлечься от слов Персуа. Что я могу сделать? Если я схвачу его руку, то это может причинить боль Иволет. Как я могу мирно уговорить Персуа? Нет… она у Бегуна. Сосредоточиться на нём.
Но Персуа загораживает мне вид на Бегуна. Она смотрит на меня, и теперь я вижу ненависть, сияющую в её глазах, чистую и простую. Она окидывает взглядом других Бегунов.
— Кто-нибудь из вас когда-нибудь слышал, чтобы кто-то ловил Морозную фею? Нет? Готова поспорить, что, если мы продадим её [Торговцу] или [Алхимику], они заплатят за неё сотни, нет, тысячи золотых.
Бегуны вокруг меня сдвигаются. При упоминании таких денег их взгляды меняются, и некоторые из них присоединяются к толпе вокруг меня.
Чёрт. Это плохо. Но я должна освободить Иволет. Я уставляюсь сквозь Персуа и повышаю голос:
— Если ты причинишь ей вред, ты пожалеешь. Мне всё равно, сколько у тебя людей; я не позволю тебе её забрать. Она – живое существо.
— Она напала на меня!
— И что?
Персуа шипит от ярости. Она делает шаг вперёд, указывая на держащего Иволет Бегуна. Фея мгновенно кричит, и её голос звенит в Гильдии:
— Сёстры! Сёстры, услышьте мой зов и принесите возмездие…
Её голос обрывается, когда Бегун сильнее надавливает на её подбородок. Но ущерб нанесён. Я вижу, что другие Бегуны нервничают, и пытаюсь этим воспользоваться:
— Вы слышали это? Она только что позвала своих сестёр. Вы видели, что делают Морозные феи, когда злятся. Как вы думаете, что случится, если вы убьёте одну из них?