Он повёл её прочь, когда солдаты расступились и другой офицер продолжил орать на солдат. Женева, пошатываясь, ушла, и Клара коротко похлопала её по спине. Трисс направился к её шатру. Они переставили его в новое место, потому что жуки слишком сильно заразили предыдущее. Женева посмотрела на [Сержанта]. Её руки снова дрожали.
— То, что он сказал…
— Он потерял своих друзей. Не обращай на него внимания.
Женева покачала головой.
— Он был прав. Я не могу этого сделать. Не одна.
— В батальоне нет никого с классом [Целителя]. Придётся тебе.
— Я не могу!
Женева остановилась и крикнула Триссу, не обращая внимания на уставившихся на неё людей.
— Я не могу делать это одна! Мне не нужен просто ещё один [Врач]… мне нужны помощники, настоящие ассистенты! Мне нужны люди, которые умеют делать операции и не блюют на моих пациентов. Мне нужны хирургические инструменты или какое-нибудь зелье лечения для глубоких ран. Я не могу закрывать их сама.
Трисс пожевал губу. Затем он снова неохотно покачал головой.
— У нас нет ничего лишнего. Мы истратили вчера много из того, что у нас было, а дальше бои будут только хуже. Я выделю тебе солдат, но не могу обещать, что они будут лучше.
— Тогда все умрут, как и сказал тот солдат.
— Я…
Трисс прервался. Он посмотрел на кого-то позади Женевы, и тут она услышала низкий голос.
— [Врач].
Женева обернулась. Её сердце едва не выскочило из груди.
Кто-то стоял перед ней. Кто-то… кто-то мёртвый. Это была одна из солдат, которых Женева пыталась вчера спасти, та, кто истекала кровью. Но она была мертва. Она была…
Она была той, в кого Женева пересадила селфида.
Женщина выглядела иначе, чем вчера. Её кожа была абсолютно белой, и она нетвёрдо стояла на ногах. Правая половина её тела обвисла, и её движения были неловкими, словно у неё был инсульт. Но её левая сторона казалась вполне дееспособной, и она криво улыбалась Женеве.
Трисс тоже отметил цвет её кожи. Он с опаской положил руку на меч.
— В нашем батальоне нет селфидов. Назови себя.
Селфид отсалютовала одной рукой. Она была вооружена мечом и доспехами мёртвой женщины, кольчуга которых всё ещё была покрыта засохшей кровью.
— Так точно, сэр. Меня зовут Окаша. Я [Вор] 23-го Уровня. Я принадлежала 6-му подразделению Горящего Марша. Мой отряд был уничтожен заклинанием магов. Я бы присоединилась к своему батальону, но моя правая сторона бесполезна. Я не могу сражаться, но я помогу [Врачу].
— Что?
Женева уставилась на селфида в теле женщины. Она не могла понять.
— Ты была мертва. Я видела тебя. Я поместила тебя в другое тело, но ты не двигалась даже после того, как я проверила ещё раз.
Селфид улыбнулась.
— Я была без сознания. И нам требуется время, чтобы принять контроль над новой формой.
Девушка даже не предполагала, что такое может случиться. У Женевы скрутило живот.
— Мне жаль.
Окаша подняла одну руку и снова улыбнулся.
— Я должна тебя отблагодарить. Ты меня спасла. Я бы умерла в том теле, если бы ты не закрыла мои раны и не поместила меня в новое.
Трисс раздражённо хмыкнул.
— Значит, ты можешь лечить селфидов? Неплохо. Но постарайся спасать больше наших людей, а не их. И вот тебе и помощник, если ты её примешь.
Женева посмотрела на Окашу. Она прикусила губу. Селфид была явно искалечена или ранена… Возможно, навсегда, если не сможет восстановить утраченное. Но Женеве нужна была любая помощь, которую она могла получить.
— Мне нужен ассистент. Но я буду разрезать тела и делать операции. Ты справишься с этим?
На этот раз даже Трисс оскалил зубы в неохотной ухмылке. Окаша рассмеялась.
— Я селфид. Кровотечение и органы меня не пугают.
Ох. Разумеется. Трисс оставил их вдвоём, пока Женева пыталась дать Окаше краткий курс по тысячам вещей, которые она должна знать, чтобы быть способным ассистентом. Окаша внимательно слушала, кивая. У неё был терпеливый характер, и, что ещё лучше, она понимала, когда Женева говорила об артериях, венах и кровотоке.
— Я знаю об этих вещах. Я их видела и чувствовала, как они движутся.
— Правда?
Селфид кивнула. Она вздохнула – если она не говорила, то дышала очень редко, что вызывало тревогу. Она также моргала гораздо реже, чем обычные люди. Она была существом, живущим в мёртвом теле, но Женеву это вполне устраивало. По крайней мере, в этом трупе была жизнь.
— А ещё я жила в телах дуллаханов и ящеролюдов. Я могу показать тебе, как они живут и дышат.
Женева внезапно осознала, что стоит перед единственным разумным, который, возможно, знает о человеческом теле больше, чем она. От облегчения у неё чуть не закружилась голова, но тут девушка услышала крики. Солдаты уже шли в бой.
Её лицо и рёбра болели в тех местах, куда её пинали. Она всё ещё была истощена, и мысли о мёртвых и обвинения солдата всё ещё преследовали её. Но на этот раз она была не одна.
***
— Надави! Я наложу швы! — крикнула Женева Окаше, перекрикивая мужчину.
Селфид кивнула и вцепилась в руку мужчины. Она была сильной – намного сильнее нормы, – и, пока другие солдаты удерживали пациента, она железной хваткой минимизировала потерю крови.