«банду авантюристов из девяти человек, которые самозванным способом выдавали себя за границей за министров БНР, не имея на это никаких юридических оснований… Кроме этой банды авантюристов, тесно повязанных между собой темным прошлым, больше никакие белорусские (кривичские) организации — ни правые, ни заграничные — с ними не заседали и говорить им от своего имени не поручали. Постановления и резолюции этой группы предателей направлены против освободительного белорусского (кривичского) движения и рассчитаны на то, чтобы посеять смятение в нашей общественной мысли. Указанный съезд и его постановления вызваны не какими-либо идейными стремлениями, а исключительно личными материальными выгодами продажных политиков…»
Однако большинство белорусских организаций высказались в поддержку принятых в Берлине решений. Тот же B. Прокулевич пытался убедить П. Кречевского, что произошедшее — это результат взаимного признания и соглашения между старшим поколением «исторических романтиков» и младшим — реальными политиками, практиками, которые и руководят общественно-государственной жизнью. «Этому братскому союзу… наши внуки будут слагать песни…» — пафосно заключал он. В. Прокулевич писал:
«Наиболее злостный протест против итогов берлинской конференции озвучил “маршалок” Кречевский, поскольку, видите ли, конференция не заметила и не захотела считаться со снизошедшей на него “милостью Божией” — желанием представлять суверенные права белорусского народа. Чего добивается П. А. Кречевский? Позвольте, дядька Петр, отвечу за вас: “Я хочу дать отчет белорусскому народу о святой деятельности за время скитаний по заграницам”. Ну и хорошо, дядька, делайте — печатайте ваш отчет в “Замежнай Беларусі”, — кто интересуется, тот прочтет. Но это вас не устраивает. Вы, как тот избалованный ребенок, начинаете проявлять ваши “капризы”. Вы становитесь в позу и торжественно заявляете: “Хочу отчитываться без ненужных свидетелей — хочу, чтобы сначала за пределы этнографической Беларуси вышли как польские, так и московские войска”. Вот в этот момент и проявляются ваши истинные качества…»
В итоге самому А. Цвикевичу пришлось еще выступить с обширным письмом, в котором он назвал главной национальной задачей «освобождение Западной Беларуси от польского захвата» и еще раз подчеркнул «решительный», а не «тактический» характер ликвидации правительства БНР. Однако сам акт ликвидации был только частью советского плана. Не менее важно было представить его в нужном свете, для чего понадобился весь механизм официальной пропаганды. Замуполномоченного НКИД СССР при правительстве БССР М. Орлов на правах наблюдателя составил обширный обзор под названием «История одного правительства», в котором не скупился ни на обширные цитаты протоколов конференции, ни на саркастические комментарии к ним. Последние несколько лет существования правительства БНР подавались автором в форме гротеска:
