Война стала мощным катализатором этнополитических и этнокультурных процессов в регионе. Менее чем через год после ее начала виленский губернатор утверждает статут «Беларускага таварыства дапамогі пацярпелым ад вайны» — фактически первой общенациональной легальной организации. И хотя главной ее задачей являлась благотворительная деятельность, без преувеличения можно сказать, что с созданием «Таварыства» было заложено организационное ядро будущей белорусской республики. Не случайно возглавлявшие его В. Ивановский, В. Ластовский, А. Луцкевич, Р. Скирмунт, каждый в свое время, будут руководить структурами БНР. Позднее известный белорусский публицист и литератор Змитрок Бядуля писал:
«Белорусское возрожденческое движение не смогло сделать того, что сделала империалистическая война за два года. Наилучшим агитатором в деле пробуждения ото сна белорусских крестьянских масс была сама жизнь — ненормальная, выбитая из вековечной колеи военными событиями на Беларуси. Тут было настоящее переселение народов: тысячные потоки беженцев из белорусских деревень ушли в глубь России, а лица разных национальностей (в составе воинских фронтовых отрядов, военно-хозяйственных организаций) оседали в наших городах и деревнях… Это бурное время было самой лучшей живой агитационной книгой для белорусских крестьянских масс».
Если восточные белорусские губернии переживали благодаря дислокации огромной армии наплыв выходцев из центральных районов России, то оккупированную территорию на западе края были вынуждены покинуть около 850 тыс. православных жителей и практически все православное духовенство. Сама Беларусь оказалась разделена фронтом, прошедшим по линии Двинск — Браслав — Поставы — Сморгонь — Барановичи — Пинск, которая почти повторяла линию второго раздела Речи Посполитой. Было ли подобное совпадение случайным стечением обстоятельств или оно стало зримым выражением стратегии немецкого военного командования, однозначно утверждать сложно.
Немецкое видение будущего Обер-Оста — так звучало сокращенное наименование территории верховного командования на Восточном фронте (
Оставшиеся на оккупированной территории Иван и Антон Луцкевичи вместе с Вацлавом Ластовским приступают к «перезагрузке» старого национально-культурного проекта. Осенью 1915 г. в Вильно был организован Белорусский национальный комитет, ставший, по словам С. Рудовича, «коллегиальным носителем белорусской идеи».[17]
Пока Берлин в срочном порядке приводил принципы своей восточной политики в соответствие с ситуацией на военном фронте, Комитет попытался выработать общую стратегию взаимоотношений с немецкими властями. Белорусы призвали к возрождению… Великого Княжества Литовского, заявив о том, что, «освободившись от российской неволи», они имеют полное право «стать хозяевами на своей земле». В начале 1916 г. в Вильно был издан манифест Конфедерации Великого Княжества Литовского, провозгласивший стремление к «самостоятельности Литвы и Беларуси в виде единого государства».[18]
В конце концов немецкие военные не только сумели отыскать на занятых территориях среди местного «полонизированного и такого отсталого» населения белорусов, но и, руководствуясь бессмертной формулой
