Я вздохнул и вытянул в сторону стеклянной ёмкости руку в жесте, аки джедай. Крышка с хлопком попавшего внутрь воздуха быстро провернулась, а я стал наблюдать за Шурочкой.
— Это что за хрень? — раздался с порога кухни голос Ангелины.
Я отхлебнул кофе и поглядел на свою хранительницу. Причём, сейчас я был с ней полностью солидарен. А Ангелина подошла к столу и пристально вгляделась в набор блюд.
Тем временем Шурочка макнула солёный огурец в мёд и с хрустом откусила, отчего мы скривились.
— Как можно есть такую гадость? — спросил я, пристально разглядывая девушку.
— Легко. Между прочим, вкусно, — ответила она, ещё раз хрустнув огурцом.
Я хотел высказаться на эту тему, но в комнату вошла, шлёпая босыми ногами, до черноты загорелая, как шоколадка, Яра. Она держала в руках длинную лампу дневного света, какую обычно крепят на стенах или прилавках, и прижимала к себе, как дитя куклу. Полудница, сонно шатаясь, облокотилась на косяк, а потом воткнула в розетку вилку от лампы и сползла вдоль стены в обнимку с источником света.
Сидевшая на моей чашке с кофе охотница тут же ретировалась в свой мрачный и проклятый угол над холодильником, откуда зыркала с откровенной неприязнью.
— Ты чего? — спросил я, забыв об огурцах и мёде.
Тут есть, на что посмотреть и без таких мелочей.
— Меня прочь, — произнесла девушка-дух, посмотрев на меня яркими голубыми глазами.
Как мы недавно выяснили, что Яра, что Вероника, что Несмеяна говорили односложными фразами, за что Ангелина их тут же окрестила сёстрами Эллочки-людоедки из бессмертного произведения Ильфа и Петрова. Эти создания никогда не были людьми. Они лишь впитали в себя часть человеческих аур, приняли человеческий облик, но и только.
Они всё понимали, но вот речь была для них камнем преткновения.
— Я бы тоже её прочь, — усмехнулась Ангелина, — она с этой лампой всех достала. Ночь на дворе, а эта ходит и сияет, как гирлянда новогодняя.
— Мешает? — ещё раз захрустев огурцом, спросила слепая всевидящая.
Шурочка встала из-за стола и снова нырнула в холодильник. Только зачем ей выискивать что-либо с открытой дверцей, стоя на одной ноге и потирая её второй, если девушка и так могла, не сходя с места, просканировать содержимое белого сундука, к которому у меня был весьма ограниченный доступ.
Я со вздохом встал и потянулся.
— Пойду гляну, чем эта банда занята.
— Ню-ню, — съехидничала Ангелина.
Я бросил на свою хранительницу взгляд, а та была свежая и бодрая, и даже рождала зависть. Мне порой тоже хотелось научиться обходиться без сна, но я все же человек и даже древние боги не нашли ничего, чтоб решить такую задачу.
Я взял свой кофе и пошёл в зал, где недавно всё затихло.
На разложенном диване посапывала Вероника, скомкав одеяло и простынь. Она раскинула руки и ноги в позе снежинки, а к ней прижались Ольха и Несмеяна. От Вероники шёл едва ощутимый жар, как от инфракрасного обогревателя и неудивительно, что два теплолюбивых создания использовали огневицу вместо батареи отопления. Лесавка уткнулась ей в бок, свернувшись калачиком в человеческом обличии, а ужалка Несмеяна закинула на горячую соплеменницу руку и ногу, в то же время глаза её были приоткрыты, создавая неуютное ощущение, что за тобой исподтишка наблюдают.
— Дядя Егор, — раздался из углового кресла голос Кирилла.
Юный лич сидел, положив на колени баклажку с самим собой, а поверх неё геймпад от приставки в руках. Он так и играл всю ночь в какую-то стрелялку. Даже мне, привыкшему общаться с нечистью, было сложно постоянно держать в сознании факт, что этот чернявый подросток на самом деле марионетка, а настоящий Кирилл — тот не растущий никогда младенец в рассоле. Даже качок Макс и безымянный казах-самурай с десятком ножевых ранений ощущались придатками, а этот нет.
— Что тебе? — негромко спросил я, присев на краешек дивана и накинув простынь на оголившихся во сне девчат.
Но Вероника тут же заворочалась, застонала и опять скинула простыню, задрав выданную ей футболку чуть ли не до подбородка. Лишь тот край, что прикрывал левую грудь, придавленную щекой не шелохнувшейся Несмеяны, остался на месте.
— Вы нас не выбросите?
Парень сосредоточенно глядел на меня, ожидая ответа. Он боялся, что я поиграю с ними, как с уличными котятами, и выкину на помойку? Да, сложная моральная задачка.
— Посмотрим на ваше поведение, — ответил я, улыбнувшись, и продолжил. — Давно вы вместе?
