Я опустил глаза, одновременно чувствуя, как благословение Перуна проходит, и на меня наваливается тяжесть. Скоро усталость возьмёт своё и затащит разбитого в сон.
— Сворачиваемся, — произнёс я. — Подумаю над применением ваших возможностей, но уже в лесу. Завтра утром уже выезд.
Яробор сидел на крыльце и внимательно наблюдал за стражником Антоном, ставшим ныне старшим жрецом. Тот шёл по поляне, а за ним из леса волочилась по земле вязанка брёвен, в обхват двух рук каждое. Антон шёл, согнувшись в три погибели, как бурлак, тянущий лямку. Он её взаправду тянул, только лямка та была незрима и руками не трогаема. То хозяин заимки сам на них заклятие наложил, сделав дерево лёгким. Можно было брёвна сделать совсем пушинками, но решил Яробор так, что с одного норов сбить нужно, с другого тоску. А нет ничего лучше для этого дела, чем тяжкий труд.
Глядя на своих подопечных, Яробор слушал крохотного рассказчика, сиречь фантомную аудиокнижицу. Тот стоял на перильце и читал вслух книгу. Можно было, конечно, и самолично прочесть, грамоте обучен, да только нынешний слог шибко разнится со старым.
Речь была чудная, но в то же время интересная. Яробор опосля увиденного в городе попросил такого же рассказчика, что у всех на улице был. Нужна, мол, небылица интересная, но чтоб не шибко новая, а то нет разумения в этих не то гадах жадных, не то гаджутах. И чтоб про нежить была. Сказ оказался не про призраков заблудших, а про мошенника хитрого. «Мёртвые души» называется. Но всё одно шибко интересная.
Антон совсем уж близко подошёл.
— Я думал, лешие деревьев не портят, — проворчал он, когда пришла пора сбросить ношу и отправиться за следующей.
— Я и не порчу, — ответствовал Яробор, ухмыляясь и глядя, как за ним, скуля и ноя, выполз из зарослей исцарапанный Андрюша со своим грузом. — Я лес прореживаю, дабы молодняк смог подняться к солнцу.
Отрадно было у него внутри. Столько столетий отшельничал, а ныне вспоминается сладостное. Был тут небольшой посёлок три сотни лет назад. Был, да всех их морово поветрие сгубило. Всех до единого. Больно было тогда наблюдать, как сиротеют дома, как лесные звери растаскивают домашнюю живность, как гниёт забытый всеми идол. И теперь всё сызнова станет, как встарь.
— Шеф, я проводку протянул, — протирая руки тряпицей, вышел искричества мастер с простым и привычным слуху именем Иван.
— Добро, — кивнул лесной бог.
— Шеф, — снова начал мастер, оглянувшись по сторонам, и перейдя на шёпот, — ты бы это, колдонул чекушку. Выпить хочется.
— Обойдёшься, — нахмурился Яробор.
Иван вздохнул и осторожно обошёл хозяина заимки по ступенькам, потопав в амбар к сложенным вместе коробам. Яробор семь раз в город туманом ходил, измотался весь. Зато на торжище много для пользы куплено было. Слышно было, как мастер придирчиво поковырялся в коробках, а потом вышел на свет с охапкой тонких белых палочек. Помнится, эти палочки в городе сияли сами и разливали вокруг себя сияние яркое. Лампы называются.
Андрюша уже совсем близко подошёл. На связке брёвен, на самом верху сидела Лугоша, болтая ногами. Ручейница ни на миг не замолкала, щебеча, как птица на жёрдочке. Парень тихонько огрызался, но девчушка задавала вопрос за вопросом. Вскорости она соскочила с брёвен и подбежала к терему, отчего Яробор приказал сказителю заткнуться, всё одно не слышно будет из-за девчонки.
— Дядька, — заголосила она, — у них такие невидали есть, одно слово сказка. Реку перекрывают, аки ручей малый, и искры из воды высекают.
— ГЭС называется, — угрюмо ответил покрасневший и вспотевший от натуги Андрей.
Он тяжело вздохнул и сел на край ствола. Видно было, что ноги у него подкашиваются от усталости. Ничего. Ему полезно. От лихих мыслей работа тоже избавляет.
— А ты знаешь, что воздух они заморозить могут, да так, что тот льдом становится? А эти их капутеры, ежели меж собой стеклянными нитями связаны, то письма передают. Они ещё и по небу могут письма слать, без голубей, но с нитями быстрее. В городе всё паутиной опутано, и шагу ступить не могут.
— Не видел я нитей, но это и не моя забота, — ответил Яробор, а потом встал и подошёл к вязанке, что Антон приволок. — Андрюша, подь сюды, — не оборачиваясь, произнёс он.
Толстяк со стоном встал рядом.
— Давай сюда руку.
Андрей недоверчиво протянул длань, и Яробор осторожно, чтоб не сломать хрупкое человеческое существо, сжал его запястье и приложил к стволу дерева. Антон, Иван и Лугоша с любопытством уставились, ожидая того, что дальше последует.
— Я дал вам часть своей силы. А вы должны научиться ею владеть. Почувствуй это, — почти торжественно произнёс хозяин лесной заимки.
— Прямо как джедаи, — усмехнулся Андрей, приложив руку к шершавой тёплой коре.
— Кто такие джедаи? На жердь слово похоже.
— Это в «Звёздный Войнах» рыцари такие, вещи силой воли двигают и световыми мечами бьются, — ответил Андрюша.
