Григ отвернулся и взялся руками за голову.
– Я не знаю… – честно признался он.
Воцарилось молчание.
Линти задумалась. Она думала о парне, который сперва разрушил ее радужный мир, затем отдал все, что у него было, чтобы вернуть к прежней жизни. О молодом мужчине, чьи губы и руки волновали ее больше, чем страх за собственное завтра. Об альтине, чье дарование обещало поставить мальчишку вровень с самыми великими людьми всего цивилизованного космоса и, возможно, даже вровень с самим Рилиотом. О герое, который без колебаний пошел на смерть, чтобы все-таки сдержать свое слово и сохранить ее, Линти, неприкосновенность и безопасность. О человеке, который, несмотря ни на что, остался диким, нелюдимым и озлобленным – истинным Братом…
Григ же ни о чем не думал – в его голове не находилось места мыслям. Григ выл, как брошенный хозяином пес воет на бледное холодное пятно луны. При этом Григ не издавал ни звука, но и не слышал ничего, кроме собственного воя. Он испытывал боль утраты, горечь предательства и еще – сильнейшее желание вернуться и все исправить, невзирая даже на самое суровое наказание. Он поступил так, как должен был поступить, когда вырвал свою мечту из лап Каса, теперь же всего лишь хотел поступить так, как должен, еще раз… Неужели никто не сможет его понять?!
Первой пришла в себя альтинка – ее мысли оказались не такими тяжелыми. Григ же вернулся к действительности только тогда, когда прямо под его носом появилась тарелка с кашей и насмешливый звонкий голос произнес:
– Очнись, мой герой!
Он очнулся. Над ним стояла Линти – красивая, как сон, и светящаяся от жажды жизни, способной заразить кого угодно.
– На! Поешь, что «заслужил по рейтингу». И давай смотреть «Новости» – глядишь, и тебя развлекут.
Пища оказалась вполне сносной, во всяком случае если сравнивать с лишенной вкуса, но обогащенной всем необходимым биомассой, служившей едой в «Улье». Каша обладала приятным вкусом и позволила быстро набить желудок.
Что касается Грига, то он даже не заметил, как проглотил свою порцию. Все его внимание заняли ожившие на стенах экраны.
Трехмерное, словно уходящее вглубь стен изображение сперва менялось, пока Линти не выбрала то, чего хотела. Почему-то внимание альтинки остановилось на показанном во весь рост мужчине, с энтузиазмом декламировавшем на незнакомом Григу языке.
– Это президент государства, куда мы свалились, – объяснила Линти. – Говорит как раз про «Улей». Успокаивает: «Нет причин для беспокойства, ситуация под контролем».
– Что значит «президент»?
– Глава государства.
– Что значит «государство»?
– Независимая от других часть суши с собственными законами, собственным правительством, собственной системой безопасности, собственной экономикой.
– Союз нескольких городов?
– Да. Что-то вроде.
– Что, на одной планете несколько союзов? Почему нельзя было жить в одном?
– Никогда сама этого не понимала. Вообще-то планет, где нет единого государства, не так много. Даже наоборот. Тари, например, избирают собственные правительства, которые на равных делят власть с синдикатами, не относящимися ни к одному отдельно взятому миру. А на Бровурге вообще нет руководства планеты, только управление Совета Лиги. Но Земля… есть Земля. Ее даже изучают на уроках истории. С нее ведь все началось. Когда-то люди не знали, что есть другие миры. Жили в одном, делили его, как могли. Расстояния огромные, средств передвижения еще не придумали – объединялись в союзы с теми, кто поближе. С кем подальше – враждовали… По сей день не могут отвыкнуть.
– На Земле несколько государств?
– Да.
– Сколько?
– Точно не знаю.
– И государства не помогают друг другу?
– Иногда помогают, как и любые независимые правительства космоса, – когда имеют общую выгоду.
Картинка сменилась: президент продолжал говорить на одном из экранов, тогда как на двух других возникла панорама зеленого леса, далеких горных хребтов и огромного темного пятна, все увеличивающегося в размерах по мере приближения изображения. Постепенно вырисовывались детали: расползшееся на многие километры облако пепла и святящаяся сигнальными огнями черная стальная громадина космического города, на десятую часть погруженного в землю. Можно было различить, что вокруг «Улья» что-то происходит – там копошились небольшие летательные аппараты.
– Это Братья, – понял Григ. – Братья-техники осматривают повреждения.
– Президент так и сказал: «Вы видите, как работают ремонтные бригады неизвестных…» А вот это уже корабли полиции.
На значительном расстоянии от «Улья» в воздухе покачивались десятки оранжевых катеров довольно мирной наружности.
