– Да – кроме меня! Потому что есть только одна игра, которую я воспринимаю и буду воспринимать всерьез! Игра в реальность! Если, забившись в свои подземные бункеры, наши соседи выложили миллиарды за иллюзию чувствовать себя на пляжах Флориды – ради бога, пусть и дальше лежат в своих соляриях и думают о чем хотят! Пусть думают, что на самом деле взирают на безбрежные просторы, на самом деле находятся на футбольных матчах, скачках или в опере и что граф Владимир на самом деле дряхлый увалень, самодур и хам!
– Но это ведь просто неприлично, Владимир. Ты буквально ткнул их всех носом в свои «подземные бункеры».
– Ничего. Им полезно. А потом, не волнуйся – сегодня есть тема поинтересней, чем поведение некультурного представителя России.
– И какая же? Говорили о пришельце?
– Да.
– О корабле пришельцев?
– Да, Вероника. – Недовольный тон графа дал понять, что на этом разговор лучше прекратить. Женщина не отреагировала, судя по всему меньше всего опасаясь гнева грозного вельможи.
– И ты, как всегда, выбрал невмешательство? Граф нахмурил брови, глядя прямо в насмешливые глаза жены, и с трудом подавил в себе бешенство, в очередной раз не заметив там следов страха, смятения или уважения.
– Не понял?!
– Россия опять не предложила способ решения проблемы? Не предложила помощи, не попыталась взять ситуацию под свой контроль? Граф Владимир, который так любит реальность, между тем верен им же самим придуманному, виртуальному образу осторожного, ленивого толстячка?
– А с чего ты взяла, что мне есть дело до внутренних проблем САДГ?!
Женщина широко улыбнулась, всем своим видом показывая, что знает мысли Владимира лучше, чем тот даже может себе представить.
– Тебе нет дела? Тебе, который каждый день бродит из угла в угол, повторяя одну и ту же фразу: «Только бы выпал случай, только бы выпал случай»?
Граф отвел глаза, поскольку бешеный огонь в них все равно не производил на жену нужного действия, и прорычал приглушенным голосом:
– Я еще не говорил, что «случай выпал»! Ты берешь на себя слишком много! Женщина пожала плечами:
– Не думаю. На территории САДГ приземлился корабль, который не запросил разрешения на посадку…
– Возможно, просто не успел запросить!
– … И расстрелял машины полицейских, у которых и в мыслях не было решать проблему силой…
– Может, и было: Гарсия додумается до чего угодно!
– … И ты – единственный человек на Земле, который обладает армией…
– Кресло! – прогремел граф, вздохнул и опустился в объятия массажного робота. Какое-то время он размышлял, затем серьезно посмотрел на жену. – Кто тебе сказал про армию?
– Ты.
– Я? Я никогда не произносил слова «армия», дорогая. Это слово запрещено.
– Ну… Только не для тебя, дорогой. Твои преторианцы…
– Хм! Ты хотя бы знаешь, что значит «преторианцы»?
– Нет. Это и не важно. Я знаю другое: кого ты называешь преторианцами.
– Это не армия.
– Нет?
– Нет!
– А мне так не кажется. Что тогда два миллиона выращенных в особых условиях, специально подготовленных, специально обученных и специально вскармливаемых мужчин?
– Это не армия, Вероника!
На этот раз женщина уловила в глазах мужа искры настоящей неподдельной боли. Владимир не врал – напротив, он и сам бы очень хотел, чтобы определение жены соответствовало истине.
– Не хочешь говорить?
Граф махнул рукой:
– Это не армия, а, как ты правильно заметила, просто специально подготовленные люди. Они станут армией, когда будут представлять собой реальную силу, способную передвинуть чашу весов и изменить наш мир в нужную сторону.
– В какую «нужную»? Мы живем прекрасно. У нас есть все. Мы счастливы, мы здоровы, наша жизнь наполнена смыслом. Неужели…
Тяжелый взгляд исподлобья остановил графиню на полуслове.
– У нас ничего нет! – медленно объяснил богатырь. – Если ты этого не понимаешь…
– Объясни!
– У нас ничего нет! – с горечью в голосе повторил граф. – С тех пор как Земле запретили держать собственный флот, с тех пор как у нас отняли право самим отстаивать наши права, с тех пор как разоружили и распустили последнее армейское подразделение – с тех пор у нас ничего не осталось, кроме дешевых и пустых иллюзий!
Вероника не в первый раз слышала от мужа подобное заявление и не в первый раз прибегала к неизменным аргументам:
– Владимир! Это же было еще до твоего рождения!
– Люди с мозгами способны почувствовать правду, сколько бы столетий назад ее ни спрятали в первый раз!
– Ну и в чем твоя правда?
