Молодой Первый повернул голову на голос человека, посмевшего сомневаться в правильности его слов. Взгляда оказалось достаточно – Красный богатырь встал навытяжку, хотя его лицо и выражало смущение от собственной трусости и недоумения, откуда у дезертира и убийцы столько уверенности в собственном превосходстве. Как и все остальные Братья у лифтов, Демон ничего не понял в происходящем, зато ясно увидел – Григ знает, что делает, и раздавит любого, кто попробует ему помешать. И… имеет на это право – он все-таки Первый Брат!
– Этот пусть идет за мной! – сказал Григ, указывая на парализованного его волей землянина. – Ты сказал, Вик на совете? – Демон, на которого метнул взгляд юноша, вздрогнул: он еще не успел вымолвить ни слова.
– Дор? – Даже друга и учителя Григ встретил тем же невидящим холодным взглядом. – Знаю, что жив. Сколько осталось Синих?
Богатырь, которого переполняли эмоции, который, забыв про боль, летел навстречу, чтобы сдавить юношу в своих объятиях, остолбенел, ошарашенный поведением Грига, и еще не успел разобраться в сути вопроса, когда парень кивнул:
– Хорошо. Немного, но будет достаточно. Собери их всех, вооружи и приведи на совет. Я буду там… – Григ нахмурился, ощутив разочарование чемпиона, и добавил: – Я рад, что ты жив! Сейчас не время для чувств! Битва еще не закончена! Мир принадлежит Братству!
Они так ничего и не поняли, но все как один гаркнули девиз абордажников, стукнув себя кулаками по закованной в латы груди. Затем ожили, бросившись исполнять приказания, – переполненные непонятно откуда взявшимся восторгом и верой в возрожденного юного Отца и в несокрушимость бессмертного Братства. Никто не произносил слова «Отец», но почему-то каждый именно так сейчас представил себе Грига: Отец умер, и Григ стал Отцом! Так и должно было быть! Бог не оставлял их!
– Меня на Второй Уровень! – напомнил приказание Григ.
Дор улыбнулся гордой улыбкой учителя, наблюдающего за успехами своего лучшего ученика, и выпрямился за спиной юноши, возвысившись над ним, как настоящий демон, восставший из-под земли и готовый разорвать всякого, кто посмеет косо посмотреть на его нового маленького идола.
На Втором Уровне Дор отделился от их тройки и отправился выполнять полученное приказание.
У Зала Планирования и Прогнозирования собралась небольшая толпа – Старшие Братья в нетерпении ожидали результатов совета, на который на этот раз не были приглашены. Они не торопились расступиться, и Григ поднял руку, распространив вокруг себя волны страха. Инстинктивная тревога заставила Демонов отскочить в стороны. Образовался коридор, и Григ уверенно зашагал вперед, не обращая внимания на растерянные лица переглядывающихся воинов.
Точно так же расступились и Красные Демоны, охранявшие вход в зал, – сперва освободили дорогу, а потом озадаченно насупились, соображая, почему так сделали.
Григ вошел в помещение. Сидящие в креслах зашумели: кто от негодования, кто от восторга, кто – просто заодно с другими. Вик даже встал с трона, глядя на приближающегося брата и колеблясь, принять того или взять под стражу.
– Вот и законный главнокомандующий для твоей армии, – с какой-то непонятной издевкой заметил Вику Рис.
Офицер полиции – землянин – послушно окаменел в проходе. Григ же не замедлил шага, пока не добрался до подиума, и там, полный уверенности, сел на центральный, отцовский, трон, заставив своим поступком вскочить на ноги всех, кто еще сидел, и закричать от возмущения даже тех, кто до этого рассыпался в приветствиях.
– Ну это уж слишком, братец! – заявил Вик. Наглость младшего Первого сразу перевесила чашу весов в сторону неприятия. – Брин! Приказываю арестовать Грига Тарибского!
Брин поднял руку – к нему подбежали трое Демонов в красных латах. Все четверо кинулись к трону с молодым Первым, окружая его.
Григ только чуть улыбнулся. Он даже не посмотрел на Брина и его людей, но все четверо оступились, заплетаясь нога за ногу, потеряли равновесие и попадали, причем, учитывая стремительность их приближения, с грохотом, кувырками и ударами друг о друга. Со стороны это выглядело так, словно из трона Владыки вдруг открыли круговой огонь сразу, одновременно сбив с ног четырех человек.
Молодой Первый посмотрел на Вика.
– Ты хочешь меня арестовать? – спокойно поинтересовался он.
Вик ошеломленно посмотрел в лишенные эмоций глаза младшего. Ему стало не по себе. Все рушилось, контроль терялся, ценности менялись. Умер Отец; умер Кас; «Улей», возможно, уже никогда не поднимется в космос; он, Вик, пытается возглавить армию, но Братья не хотят видеть во главе себя Первого Брата-техника – только настоящего Отца или как минимум Брата-воина. И наконец – возвращается Григ. По Закону заслуживший смертной казни, но по здравому смыслу – кому еще доверить пост главнокомандующего? А что делает Григ? Вместо уважения и послушания, столь очевидных в сложившихся условиях, младший брат нагло забирается на отцовский трон и ведет себя словно давным-давно единственный и законный Владыка «Улья»!
– Ты забыл о Законе, Григ Тарибский?! – воскликнул Вик.
