На этот раз зал не издал ни звука, но Братья уже приходили к мысли, что лучшего предводителя все равно нет и не будет. Григ – Первый Брат. Он законный сын Великого Отца. Его взгляд способен напугать бесстрашных. Его слова вселяют веру. Он сражался с Касом, и в итоге Кас пал от его руки. Наконец перед ним склонил голову и Вик. Если он не встанет во главе Братства, Братство падет!
– Синие станут моим авангардом, как Красные были авангардом Каса. Не потому, что Красные перестали быть лучшими из лучших, а потому, что каждый из вас стремился походить на своего бригадира. Дор, который вел Синих, служит эталоном благородства, бесстрашия и самопожертвования. Кас подарил своим Красным слишком много самолюбия, жестокости и бессердечия. Нам больше не нужна бессмысленная кровь! Мы пришли на Землю не для того, чтобы умертвить всех, до кого дотянутся тесаки штурмовых дивизий, – глупо и наивно полагать, что сто пятьдесят тысяч воинов уничтожат десять миллиардов местных жителей. Мы пришли, чтобы победить, и мы победим! Мир принадлежит Братству!
Григ замолчал, а его черные бездонные глаза засверкали демоническим красным пламенем, не предвещающим земным государствам ничего хорошего. Взорвавшись наконец в едином восторженном порыве, зал прогрохотал: «Мир принадлежит Братству!»
Корабли самой большой эскадры Галактики один за другим возникали из подпространства сразу за пределами Солнечной системы и на почтительном расстоянии друг от друга.
Чтобы избежать столкновения как между собой, так и с любыми другими объектами, случайно или не случайно оказавшимися в зоне «сброса скорости», капитаны военных кораблей использовали ту же методику, что и капитаны гражданских судов: еще до прыжка рассчитывали планируемую траекторию и давали запрос по линиям галактической безопасности, чтобы выяснить, чист ли пункт их назначения. Поскольку все корабли людей действовали таким же образом, Единая Галактическая Система проверяла, не заявлен ли уже в чьих-либо маршрутных картах интересующий капитанов квадрат, сообщала, если путь свободен, получала подтверждение о намерении попасть в указанную зону в такой-то период, и в дальнейшем для всех остальных эта зона считалась занятой и недоступной.
Военные корабли отправляли свои запросы под грифом «совершенно секретно», но, несмотря на это, система продолжала помечать недоступными их зоны сброса скорости, чтобы никого другого не угораздило оказаться в опасном как для себя, так и для завершающих гиперпрыжок военных месте. Оставив от своей армады в девятьсот тысяч боевых кораблей только триста тысяч единиц, Рилиот и Тургаон не посчитали нужным проинформировать о своем маршруте ни генералитет армии, ни Секретариат Совета, но все равно вынуждены были обратиться к стандартной процедуре бронирования зон сброса скорости.
Генерал Леверсон положился на предположение Арбитражного Суда, что конечной точкой маршрута ядра Галактического Флота станет планета Земля. Более точные сведения он получил очень легко: затребовал у Системы галактической безопасности разрешение забронировать некоторую зону вблизи Солнечной системы и менял ее координаты до тех пор, пока не получил долгожданного необоснованного отказа. Он продолжил игру в «морской бой» и убедился, что запрет распространяется на значительный кусок территории, наиболее вероятную зону торможения многих и многих космических кораблей. А поскольку Мозг категорически отказывался объяснить природу препятствующих Леверсону объектов – даже после того, как тот назвался и предоставил коды наивысшего доступа, – сомнений не оставалось: именно там следовало встретить разыскиваемых Судом правителей.
Леверсон помчался к Земле на самой большой скорости, которую только мог выжать сверхскоростной разведывательный крейсер. На него играло то, что многочисленной эскадре требовалось время, чтобы собрать корабли в одном месте, а затем перестроить их для совершения дальнейших досветовых маневров. И еще необходимая разбежка в скорости тяжелых и маневровых крейсеров. Против выступала разница в расстояниях – Бровург располагался значительно дальше от Земли, чем зона космического побоища, откуда устремились к прародительнице человечества основные силы маршала Тургаона.
Тургаон сидел в огромном кресле в центре своей адмиральской каюты на борту «Бессмертного» – самого мощного тяжелого крейсера Лиги – и смотрел в бесконечно удаленную точку где-то на круглой стене помещения. Широкоплечий, мускулистый, в черном кителе и с потемневшим отрешенным лицом. Перед его носом взад-вперед нервно мерил шагами пол Первый Советник Лиги Объединенных Миров – Рилиот – весь в белом, напряженный, нервный и бледный.
– Противник приземлился на Земле, – задумчиво бормотал Советник. – Координаты уже известны.
– Да! – Голос Тургаона словно исходил от другого человека. Глаза маршала ничего не выражали – оставалось только гадать, что означало изреченное им слово.
Рилиот развел руками и стал объяснять, словно его кто-то слушал:
