По просьбе Суровцева лейтенант Дюмас приказал своим солдатам выйти к полосе с сигнальными патронами, рассредоточиться по периметру и быть в готовности по команде зажигать их.
Французы действовали быстро, слаженно. Чувствовалась неплохая выучка. Механики-водители на всякий случай убрали бронетранспортеры подальше от полосы.
Серданов посмотрел на часы, затем на французского лейтенанта:
— Ненавижу ждать, мсье Дюмас.
— Я тоже! А вам еще придется и догонять.
— Нам надо успеть на старт. Потом свежая резервная группа догонит и перегонит британцев.
— Интересно будет на это посмотреть. Подполковник Венсе говорил, что у британцев значительное временное преимущество.
— Двадцать восемь минут, полученные преступным путем.
— Это много?
— Нормально. Лишь бы успеть к старту.
— Успеете. Колонну под охраной моего взвода здесь не остановит никто, да и вы парни не промах. Из пистолетов отбили нападение шайки туземцев, вооруженных винтовками и карабинами. Винтовки, кстати, мы не обнаружили, но главарь банды не учел того, что остались гильзы. А они у винтовок и карабинов разные.
— Черт с ним, с этим главарем.
— Да не волнуйтесь, господин полковник. Если самолет взлетит, то он обязательно где-нибудь сядет. В данном случае здесь.
— Лейтенант, я весьма признателен вам за помощь.
— А разве вы поступили бы иначе?
— Нет, конечно!
— Вот видите. Поэтому благодарить меня не за что.
— Но в вашу задачу не входило валить лес.
— Называйте это действиями по обстановке.
Через полчаса вдали послышался гул реактивных двигателей. Он стремительно приближался.
Лейтенант Дюмас спросил Серданова:
— Зажигать сигналки?
— Черт, совсем из головы вылетело. Да, конечно!
Лейтенант по связи подал приказ, и периметр взлетно-посадочной полосы, очищенной от мусора, залился ярко-красным светом.
Ил-76 на малой высоте пронесся над бывшим военным городком и селением Полака в сторону Парамарибо. Потом он развернулся и прошел непосредственно над полосой.
После чего командир экипажа вызвал на связь Серданова и сообщил:
— Посмотрел полосу. Должно хватить для посадки. Край зацепить не сможем, но уже не раз опускались на такие ВПП. Что собой представляет невырубленный лес?
— По большей части кустарник и мелкие деревья.
— Я понял. Кружить долго мы не можем, горючка на пределе. Так что садимся. Техники и людей на ВПП нет?
— Нет, все за пределами.
— Вот и хорошо. Садимся.
Ил-76 вновь развернулся и пошел на посадку.
Шасси военно-транспортного самолета коснулось бетонки метрах в шестидесяти от кромки. Тут же взревели двигатели, началось торможение. «Семьдесят шестой» несся по полосе, вздрагивая и подпрыгивая. По крайней мере так это смотрелось со стороны. Заскрипели тормоза. Самолет заметно сбрасывал скорость, но неуклонно приближался к лесу.
Лейтенант Дюмас взглянул на Серданова:
— А хватит ли полосы, господин полковник? Не рано ли вызвали борт?
— У нас нет времени. А полоса?.. Черт ее знает, должно хватить.
Ее хватило впритык. Ил-76 ткнулся носом в заросли высоких, но жидких деревьев и замер. Гул двигателей стал ослабевать, вскоре прекратился совсем.
Офицеры российской команды бросились к самолету.
Рампа Ил-76 уже опускалась. Когда Серданов с Холиным, Пахомовым и Лобачевым подбежали к самолету, из его чрева выехал «УАЗ», за ним — передвижная лаборатория.
Показались саперы и собаки старшего лейтенанта Галдина.
Тот подошел к Серданову:
— Ну вот, товарищ полковник, мы и на месте.
— Сильно устали?
— Мы и собаки в порядке. Отоспались. Готовы к работе.
Вышла и врач, капитан Бережная:
— Здравия желаю, товарищ полковник.
— Здравствуйте, Ольга Владимировна.
— Как пострадавшие животные?
— Их состояние по-прежнему тяжелое, но стабильное.
Она посмотрела на полосу, перевела взгляд на Серданова и спросила:
— Как вам удалось расчистить такой участок? Да, кстати, мне сообщили, что ранен старший лейтенант Снегирев.
— Да, он у дороги, в шестистах метрах отсюда. С ним работает французский санинструктор. Ранение легкое.
— Ясно, но как все же вам удалось вот это?
— Так французские друзья помогли. Взвод лейтенанта Дюмаса. А вот, кстати, и он.
Тот подошел, поздоровался с дамой и заявил:
— Мы вмешались на завершающей стадии. Ваши офицеры, мадам, сами очистили практически всю полосу в условиях боя с хорошо вооруженным отрядом индейцев.
— Индейцев? А, ну да, здесь же Америка. Мне надо посмотреть Снегирева.
— Вас проводит Холин. Я поговорю с командиром экипажа.
Группа саперов и врач сели в «УАЗ». Машина пошла к дороге.
Появился экипаж. Серданов поприветствовал всех. Второй пилот, бортинженер, техник, штурман начали осмотр воздушного судна.
Суровцев улыбнулся и заявил:
— Слава богу, сели!
— Ты молодец, майор!
— Самолет сажал весь экипаж. По времени у нас что?
Серданов взглянул на часы:
— Черт, шесть сорок. У нас всего час. Так, майор мы отправляемся на полигон. Предупреждаю, часть этих бандитов в лесу. Не исключено, что они попытаются захватить либо повредить самолет.
— У них были гранатометы, крупнокалиберные пулеметы?
— Нет. Были карабины и винтовки М-16.
