— Я вас не понял, господин подполковник, — проговорил лейтенант Боэль.
— Тебе и не надо понимать. Соедини меня с полковником Хукесом.
— Через узел связи?
— Напрямую. Ты же можешь это сделать?
— Так точно, мсье.
— Выполняй и закрой канал.
— Слушаюсь!
Хукес тоже не спал. Его, как и начальника охраны, терзали тревога и предчувствие катастрофы.
— Да? Что у нас?..
— У нас ничего. А вот у тебя, похоже, большие проблемы.
Хукес вытер простыней капли пота, неожиданно выступившие на лбу.
— Что?..
Венсе передал ему суть доклада лейтенанта Дюмаса и специалиста электронной разведки.
Начальник британской команды воскликнул:
— Как индейцы умудрились попасть в капкан к твоим подчиненным?
— Это ты у них спросишь, когда они будут доставлены сюда. Кстати, Канги, как я понял, ушел, а вот твой знакомый из Парбо попался.
— Кундер?
— А разве там был еще кто-то из столицы?
— Но это… так, спокойно! Мишель, послушай меня. Этого Кундера необходимо убрать. Любой ценой. Отдай приказ своему офицеру, чтобы он пристрелил суринамца, скажем, при попытке к бегству.
Венсе вздохнул:
— Не могу, Вильям. Лейтенант Дюмас в подчинении комиссара. Он проявил особое рвение в помощи русским. Его солдаты вместе с ними уже почти подготовили полосу.
— Что? Твои подчиненные работают с русскими?
— Именно. Знаешь, я даже рад этому.
— Ты радуешься моим неприятностям?
— А кто теперь поверит, что я помогал тебе выбить русских из состязаний?
— Но тебе лично, Мишель, от этого легче не станет.
— Поживем, — увидим! Ты просил держать тебя в курсе, я это делаю. Но в дальнейшем никаких контактов. Все, желаю тебе в честной борьбе победить русских. Хотя, будь тут тотализатор, я поставил бы на них. Отбой. — Венсе отключил станцию.
Хукес швырнул трубку в угол, резко встал.
«Проклятые русские, лягушатники, комиссар и эта сволочь Венсе! Все пошло прахом, — подумал он. — А Кундер? Он же агент разведки. Ладно, нам не удалось бы заполучить лицензию. Это очень неприятно, однако не смертельно. Но Кундер?.. Он же сдаст и Флоренса, и Давена, и Винтеса, а те — всю агентурную сеть в Суринаме. Ми-6 ему этого не простит. Что можно сделать? Неужели катастрофа? Или все же есть малейший шанс выйти из игры? — Хукес дрожащими пальцами достал сигарету из пачки, прикурил. — Так, пока не поздно, надо предупредить Давена и Флоренса, чтобы уходили в подполье или сваливали из Суринама. Иначе их арестуют».
Он поднял брошенный телефон, набрал номер Давена, довольно долго слушал длинные гудки.
— Кто это? — раздалось наконец-то.
— Хукес.
Тон агента сразу же изменился.
— Слушаю вас.
— Кундер и большая часть отряда Канги пленены французами.
— Что? Как это? А что же мсье Венсе?
— Он ничего не мог сделать, впрочем, и не пытался. Во всем виноваты комиссар, русские и сами индейцы.
— Вы понимаете, что означает арест Кундера?
— Поэтому и звоню.
— Убрать его невозможно?
— Нет.
— Даже Венсе?
— Никому, пока они будут на полигоне.
— А позже его не достать.
— Предупреди своих агентов. Ложитесь на дно или что там у вас предусмотрено на случай провала.
— Отход в Бразилию.
— Так уходите, не теряйте время.
— Может, не все так плохо, господин полковник?
— Это до тебя плохо доходит.
— Но мне нужна команда босса.
— Я попытаюсь немедленно с ним связаться, но он может оказаться не в состоянии принимать какие-либо решения. Впрочем, я предупредил. Теперь делайте все, что хотите.
Хукес отключил телефон и сразу же набрал номер своего финансового агента Давида Куадреса, проживавшего в столице Колумбии Боготе. Там сейчас было около трех часов ночи, но это совершенно не волновало полковника.
Куадрес тоже долго не отвечал. Наверное, он спокойно спал, далекий от интриг и опасностей. Но Хукес был настойчив.
— Алло? — наконец услышал он голос Куадреса.
— Это Хукес!
— Господин полковник? Но…
— Знаю, сколько времени. Ты в состоянии адекватно воспринимать реальность?
— Да, конечно.
— Один в квартире?
— Да.
— Значит, запоминай, что следует сделать.
— Слушаю внимательно.
Хукес приказал агенту с утра перевести все деньги на его счет в Бразилии.
— Я все понял, — ответил тот.
— Это сложно?
— Нет. Дело нескольких минут.
— Во сколько открываются банки?
— По-разному, большинство в девять тридцать.
— Это значит в половине восьмого по времени Суринама, так?
— Нет, господин Хукес, в одиннадцать тридцать.
— Ладно, пусть так. В полдень я должен знать, что деньги в Бразилии.
— Да, конечно. Я сообщу вам. Извините, мой процент прежний?
— Можешь взять больше, если все сделаешь быстро.
— Насколько больше?
— Вдвое.
— Это очень щедро с вашей стороны. Не беспокойтесь, завтра в полдень деньги будут на месте.
— На имя Джорджа.
— Само собой.
— Отлично. Жду от тебя известий. — Полковник отключил телефон, присел на кровать.
В восьмидесятых годах вместе с ним служил Гарри Борлоу. Они были лейтенантами, командовали взводами. Затем их дороги разошлись.
В прошлом году Хукес случайно узнал, что его друг давно уже проживает в Бразилии, в Сан-Паулу, самом крупном мегаполисе страны и всей Южной Америки. Используя свои возможности, он сумел связаться с ним. Борлоу не ожидал звонка и был приятно удивлен. Они долго говорили.
