Иногда он втайне мечтал о Соле. Нельзя было сказать, что он влюбился в неё, или что она хотя бы ему нравилась; но она была вызывающе красива и позволяла себе проводить ночи в палатке другого мужчины, в то время как её собственный муж был вождём и повелителем дружины. Это было бесчестно… но в этом был мучительный соблазн! Уж она-то смогла бы сохранить всё в тайне…
С другой стороны, это было одной из причин, благодаря которым Нэк достиг небывалых успехов в искусстве боя на мечах. Бо´льшую часть времени, которую другие тратили на романтические похождения, он усиленно тренировался. Все думали, что он решил посвятить себя фехтованию, на самом же деле он искал выход своим мукам.
В один прекрасный день… в один прекрасный день он по-настоящему станет мужчиной!
Через короткое время Нэк прославился. В большинстве боёв он побеждал, причём побеждал с лёгкостью. Первым его боем, после ухода из лагеря в порченых землях, был поединок с лучшим Мечом небольшой встречной дружины. Вождь маленькой дружины поначалу не желал выяснения отношений и поэтому перед ним предстал Нэк, который вместе с другими тщательно отобранными насмешниками своими издевательскими шутками вовлёк-таки несговорчивого вождя в состязание. Противником Нэка был хороший фехтовальщик, сам же Нэк поначалу страшно волновался, и ему казалось, что всем видно, как меч дрожит в его руках. Однако тяжёлые и беспощадные зимние тренировки не прошли даром — он победил. Сос тренировал его особым образом, впрочем, как и всех, натаскивая не только против меча, но и против остальных видов принятого в кругу оружия, обучая особенностям боя в паре против пары. Тренировки были скучными и утомительными и, само собой, оценивались не по количеству пролитой крови, которой не было, а самим Сосом на глаз. Суждения Соса всегда были справедливы; со временем Нэк тоже научился различать огрехи в стиле и технике других фехтовальщиков и понял, что Сос во всём и всегда прав. Неуклюжие победы и полные растерянности поражения больше не были уделом Нэка. Он стал настоящим мастером, приблизившись к самому Тилу, который был на мечах первым.
В один прекрасный день Сос Учитель исчез. Неизвестно, кто больше горевал по поводу его исчезновения: Сол или Сола, вопрос этот обсуждался с кривыми усмешками в дружине на все лады. Возможно, у Сола наконец-то открылись глаза. Дружина же продолжала жить порядком, установленным Сосом. У Солы родился ребёнок, в точности по прошествии девяти месяцев после одной из особенно длинных отлучек её мужа…
За время похода дружина разрослась настолько сильно, что была разделена на несколько малых дружин, и все вместе они образовали империю. Одна из дружин осталась под командой Сола, другие перешли к его главным соратникам: к Тилу Два Оружия, который считался лучшим воином; к Сэву Посоху, который возглавил тренировочный лагерь в порченых землях и являлся одним из самых ярых приверженцев империи; к Тору Мечу, у которого была огромная чёрная борода… и, в числе прочих, к Нэку, что немало ему польстило. Малые дружины двинулись в разные стороны, собирая по дороге всё больше и больше воинов, по-прежнему оставаясь под верховным началом Сола.
В самом начале похода отряда Нэка всё шло как нельзя лучше, потому что его заветные мечты о славе и известности сбылись. Он стал вождём ста пятидесяти воинов, одной из наиболее независимых и удалённых дружин. Нэк не преминул навестить родственников и соседей и продемонстрировать им свои достижения. Его сестра вышла замуж и следом за мужем ушла из родного гнезда, но скептиков из числа ближайших соседей он не без удовольствия убедил в их неправоте. Полдюжины из их числа Нэк собственноручно рекрутировал в дружинники и услал в лагерь в порченых землях и в довершении всего продемонстрировал технику боя в кругу против собственного отца — понятно, что не ради пролития крови или лидерства. После этого Нэк был признан самым лучшим фехтовальщиком на мечах в окрестностях, и это тешило его самолюбие.
По прошествии года острота ощущений спала. Заботы вождя, мешающие Нэку отдаваться любимому занятию и регулярно упражняться в кругу, начали ему надоедать. Со всех сторон его окружили завистники и враги. Против него плелись интриги. В конце концов Нэк пришёл к выводу, что в душе он никогда вождём не был. Он всегда был бойцом.
К исходу второго года он уже был по горло сыт долей вождя, но возможности обратного пути не было видно. Нэку хотелось без оглядки бежать в дикие просторы родной страны, где он мог встречаться с другими воинами честно и открыто, без рогаток и препон, расставленных повсюду его теперешним ответственным положением.
Кроме того, оставалась проблема с женщинами. Нэку уже шестнадцать, и он мужчина вполне, но до сих пор даже мысль о том, чтобы предложить свой браслет девушке, любой девушке, приводила его в трепет. Он боялся. Вот если бы девушка попросила его об этом
