Вар сошёлся с наглецом в кругу и быстро его проучил. Воинам в этих местах не хватало регулярных тренировок и дисциплины.
Через два месяца они покинули владения чокнутых. Стоянок больше не попадалось, дороги, проложенные тракторами чокнутых, исчезли без следа. Вскоре к тому же пошёл снег, наступила ранняя приполярная зима.
Они неустрашимо шагали вперёд. Повсюду, куда ни посмотри, виднелись лишь редкие карликовые деревья; под снежным ковром таились коварные камни и ямы. К полудню снегопад прекратился, но ближе к вечеру небо вновь заволокло тучами, затем повалил густой снег. Соли примолкла и помрачнела. До сих пор она видела снег только на экране монитора и, естественно, понятия не имела о том, насколько он холодный и мокрый.
В сгущающихся сумерках Вар вырыл яму, расстелил поверх промёрзшей земли простыню, а над ней поставил палатку, предусмотрительно прихваченную ими с последней стоянки. Затем завалил шатёр снегом, оставил лишь отверстие для дыхания да лаз у входа. Забравшись вместе с Соли в шатёр, он снял с девочки сапоги, тщательно растёр ей ноги. Соли больше не плакала: впрочем, Вар предпочёл бы слёзы этому невидящему взгляду.
Поев, они легли спать. Вар крепко обнял Соли, прижал к себе и всю ночь согревал своим телом.
Утром Соли никак не желала просыпаться. Вар осмотрел её тело и обнаружил у коленки, чуть выше голенища сапога, голубую отметину. Очевидно, девочку ужалило ядовитое насекомое, вроде мотылька, обитающего в Гиблых Землях. Должно быть, на ночь они расположились рядом с радиоактивной зоной — достаточно далеко, чтобы этого не почувствовала его кожа. Если бы не вчерашний снегопад, Вар узнал бы радиоактивную пустыню по виду. Вероятно, ночью ядовитое насекомое заползло в тёплый спальный мешок, а затем, потревоженное, ужалило Соли. И та впала в кому.
Были ли в здешних местах целебные травы, Вар не знал, но прекрасно понимал, что искать их сейчас под толстым слоем снега бессмысленно. Соли маленькая, совсем ещё ребёнок, и если насекомое выпустило много яда, то она будет спать, пока не умрёт, если же доза невелика, то оправится — оказавшись, конечно, в тёплом, сухом помещении.
Буран кончился, но в любую минуту мог начаться снова. А ночью станет по-настоящему холодно. Оставаться здесь — верная смерть. Необходимо отнести Соли на тёплую стоянку.
Вар наскоро покидал вещи в заплечный мешок, завернул Соли в кусок брезента, что служил верхом палатки, и, взвалив девочку на правое плечо, а мешок с вещами — на левое, побрёл назад. Снегу было по колено; иногда Вар по пояс проваливался в ямы, но не останавливался. Вскоре руки от холода потеряли чувствительность, а ноги болезненно заныли.
Где-то через час он провалился в глубокую впадину и уронил Соли наземь, а когда поднялся и подхватил девочку, едва не упал от острой боли в правой ноге. Похоже, то ли вывихнул коленный сустав, то ли растянул связки. Превозмогая боль, Вар зашагал дальше, но вскоре, не выдержав, остановился, снял сапог, растёр распухшее колено снегом и продолжал путь босиком.
Дороги не было и в помине: солнце висело над самым горизонтом, его свет отражался от кристально чистого снега, слепил глаза и не давал сориентироваться. Не обладай Вар врождённым чувством направления, он непременно сбился бы с пути.
Незадолго до захода солнца он выбрался на заледеневшую, местами занесённую снегом дорогу, а вскоре, достигнув тёплой стоянки, — последней из тех, что они миновали на своём пути, — уложил Соли на кровать и заботливо укрыл одеялами.
Дышала Соли прерывисто, но ни жара, ни лихорадки у неё, к счастью, не было. В Варе затеплилась надежда. Возможно, она всё-таки выживет.
Он сел на кровать у ног девочки и осмотрел своё колено. Ничего серьёзного, обычное растяжение, а болит потому, что он проделал длинный путь, да ещё с такой ношей. Но теперь, отдохнув…
Его чуткий слух уловил снаружи какие-то звуки, и он насторожился.
Шаги! Лёгкие, быстрые, решительные. По проложенной чокнутыми дороге с юга приближался путник, который собирался, очевидно, провести ночь на стоянке.
Но пустить его внутрь Вар никак не мог. Во всяком случае, пока не выздоровеет Соли. Последнее время они с ней никого не встречали, но их местопребывание обязательно раскроется, если кто-нибудь увидит её сейчас. Ведь потеряно целых два дня пути, и император наверняка очень близко — возможно, всего лишь в считанных часах пути.
В запасе меньше получаса — восстановить за столь короткий срок силы попросту невозможно. Вар поспешно разорвал простыню на длинные полосы, туго перебинтовал больную ногу, закутался в тяжёлую меховую доху, набросил на голову капюшон, который закрывал лицо, и, прихватив палицы, вышел навстречу незваному гостю.
Хотя солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, его лучи, отражаясь от белого снега, слепили глаза, отчего пришельца Вар заметил не сразу.
