Но в целом, конечно, если сравнить что могло случиться с ним и что могло со мной – я действительно почти в безопасности была. Да еще если всякие специальные люди отслеживали… Вот же, и Айва вовремя появился и знал куда идти, и Леса вовремя дернули.
Ладно, об этом потом, надо просто переварить…
Сейчас важно не дать Альберто умереть.
Если он умрет – все зря. На его место, на трон, придут другие, и этому уже никак не помешать.
* * *
Альберто уже уложили на кровать.
Когда мы пришли, он лежал, словно мертвый. Белый весь, черты заострились…
Айву уложили рядом так, чтобы руки соприкасались, через физический контакт всегда лучше проходит энергия. И сейчас, я почти чувствовала, как жизнь Раймундо по капле перетекала в короля. Вся, что есть, потому что королю своей не хватало. Лишь только ускоренная регенерация природника пыталась что-то восстановить – и сила утекала. Не хватало. Сейчас катастрофически не хватало им обоим.
Но главное – они оба живы. Жизнь еще есть. Значит есть надежда.
Рядом несколько человек, незнакомых мне, еще Мендеш пришел с нами и… внезапно бабуля Луисита. Она стоит, положив ладони Альберто на грудь и напряжено всматривается.
Мы подошли тихо и стояли, стараясь не мешать.
И все же бабуля почувствовала. Обернулась. И за мгновение из сосредоточенного на своей работе мага она превратилась в милую и любящую бабушку, которая увидела внука после разлуки. Сразу морщинки лучиками у глаз…
– Лес! Мой милый! Как ты? Ива, девочка! Я так рада тебя видеть! С вами же все хорошо?
Я покосилась на Леса, улыбнулась невольно. Да, все хорошо. Выглядел Лес сейчас впечатляюще.
Он быстро подошел и бабулю обнял.
– Ты уже здесь? Не думал, что так быстро…
– Ох, в моем возрасте прыгать через порталы уже не так легко как раньше. Но дело того стоит. А у тебя, я смотрю, новые штанишки? Коротковаты, на мой взгляд.
Лес заулыбался еще довольнее, даже попытался покрутиться перед ней, вдохнуть, втянуть живот и попытаться застегнуть пуговичку на кафтане… не, не вышло, и дело не в животе даже, у Леса живота никогда не было, просто кафтан на среднего эстелийца, а не на такого лося сшит.
Бабуля вздохнула, глядя на это, потянулась, потрепала его по волосам.
– Главное, что живой, – с пониманием сказала она. – Как Ива тебя терпит?
Сама не знаю.
– Он хороший, – улыбнулась я, подошла и обняла бабулю тоже.
– Хороший, – согласилась та, цокнула, разглядывая Леса, покачала головой. – Весь в деда! Рикарду больше в нашу породу, а Марку и вовсе скорее в мать. А этот вот балбес, он Морейра однозначно, – и оглянулась через плечо на лежащего рядом Альберто. – Вот уж не думала, что судьба снова занесет меня сюда.
– Как он? – спросил Лес.
– Плохо, – честно сказала бабуля. – Проклятие слишком долго глодало его изнутри, все истончилось, жизни почти не осталось, цепляться толком не за что. И этого парня, Раймундо, выжало досуха, даже не представляю, каким образом он еще жив. Очень сильный парень. Все, что я могу сделать сейчас, это немного прижать старые нити проклятия, чтобы тянуть снова за них сейчас было бы сложно. Но вероятность, что понятнут – все равно останется, проклятие слишком старое, сильно не прижмешь. А снять совсем… Оно проросло в тело слишком глубоко. Не знаю… Я слышала, у вас была какая-то идея?
– Да, – Лес оглянулся на меня. – Это даже не наша идея, это Айва изначально предложил. Он думает, что с человека, находящегося на грани смерти, проклятие будет легче снять. За гранью. Как было со мной, при Брайнице, когда тело было фактически мертво, а душа еще могла удержаться…
Я видела, как бабуля поджала губы, в глазах скользнуло что-то болезненное, она погладила Леса по плечу. «Мой мальчик…»
– С тобой это вышло случайно, и тебе повезло. Но достичь такого состояния намеренно и удержать в нем достаточно времени, чтобы успеть разобраться с проклятием – совсем непросто. Сомневаюсь, что вообще возможно. Но в теории – да, после смерти проклятие начнет сворачиваться и отмирать само. Оно тянет жизнь, питается жизнью, а без этого держаться не сможет.
– Сеньора! – Мендеш сделал шаг к нам, привлекая внимание. – Его величество дал согласие и подписал все бумаги, согласившись на подобную манипуляцию. Он понимал все риски, но другого выхода у него все равно нет. Снять при жизни это проклятие невозможно, все пытались уже. И с Альберто, и с его отцом.
– Да, понимаю, – бабуля кивнула. – И все же, у каждого проклятия есть условия. Здесь условия не выполнимые, поэтому снять не выходит, но это не значит, что выхода совсем нет.
– И ты знаешь, что делать? – спросил Лес.
