Золотарев вышел из-за дерева и призывно махнул рукой. Но сейчас присоединяться к группе было некогда. Дольше придется объяснять и рассказывать, что да как. Но это чудо, что за террористами гналась именно группа Меркулова.
– Зачищайте здесь, а я вперед. Я должен догнать главного, пока он не ушел далеко!
Лейтенант исчез за камнями, а к Золотареву подбежал Сашка Родин. Оба спецназовца пригнулись, когда в дерево попали еще несколько пуль. Боевики засели за камнями и не собирались отступать или сдаваться. Надо было что-то предпринять. Их не так много, человека четыре, наверное, но за камнями здесь они как в крепости.
– Что за шум был, Банкир? – пригибая голову к траве, спросил Родин. – Я не понял ситуации!
– Не поверишь, Сашок, лейтенант наш объявился! Одинцов живой и здоровый!
– Ух ты! Это новость. Командир обрадуется. А куда лейтенант подался?
– Приказал зачищать здесь, а сам погнался за главным.
– Один? – восхищенно блеснул глазами Родин. – Вот сорвиголова! Это вам не Беликов!
– Да ладно тебе, Сашка, – рассудительно проговорил Золотарев. – Ошибки у всех бывают, чего ты на него накидываешься. Сам, что ли, ни разу не ошибался? Мы ошибаться перестанем, когда до регалий нашего командира довоюемся, и то не знаю, хватит у нас таланта или нет.
– А вот давай докажем, что у нас есть еще порох в пороховницах! – предложил Родин. Помолчал и с улыбкой добавил: – И ягоды в ягодицах.
– Очень смешно, – буркнул Золотарев, не склонный к такому плоскому юмору. – Держи этих, а я «птичку» подниму. Надо их как-то выкуривать, пока к ним подкрепление не подошло или пока они сами не просочились в лес мимо нашего носа.
Через пятнадцать минут Золотарев, заняв удобную позицию, сидел перед экраном и смотрел на картинку, которую транслировала камера квадрокоптера. Чтобы боевики не думали, что спецназовцы ушли, он несколько раз давал короткие очереди в сторону камня, где те засели. Вряд ли эти четверо решатся сейчас на что-то. Они поняли, что спецназовцев мало, и сейчас решают: напасть и перебить их или уйти в леса, махнув рукой на Серого. Перебить – результат сомнительный. Спрятаться от Серого тоже не так просто. Руки у него длинные. Те люди, через которых он нанял этих ребят, всегда могут подсказать Серому или его мстительным помощникам, где сейчас сидят дезертиры, которые подвели своего хозяина в трудную минуту. За такие штуки обычно через несколько лет находят трупы, прикопанные в лесу. Или не находят вообще.
– Рысь, еще левее возьми, там расщелина, – посоветовал Золотарев по рации. – Они будут прямо под тобой метрах в тридцати. Сидят, митингуют, а один за мной следит. Сейчас я его пугну!
Две короткие очереди заставили боевика пригнуться и сплюнуть. Видать, он сейчас грязно выругался. Спецназовец повернул «птичку» к своему напарнику и убедился, что тот довольно споро поднимается по камням. Теперь нужно его подстраховать. Вдруг кто-то из этих упырей услышит звуки скатывающихся камешков. Сейчас положение у Рыси не самое удобное для обороны. Золотарев сменил магазин в автомате и дал еще три короткие очереди по камням, чтобы отвлечь боевиков.
Прошло еще несколько минут, и Родин был наверху. Ну вот, теперь их пятеро. Оказалось, что к боевикам добрался их раненый товарищ и его теперь там перевязывали, затравленно посматривая по сторонам. Кажется, эта банда все же решила удирать. Положив автомат на камень перед собой, спецназовец достал две гранаты, разогнул усики предохранительного кольца на каждой и бросил их вниз одну за другой по длинной дуге, чтобы взрыв произошел в тот миг, когда каждая из них коснется земли или чуть раньше. Не хотелось, чтобы за дымом и пылью скрылся какой-то шустрый паренек, а потом выстрелил в спину.
Первый взрыв заполнил все пространство между камнями дымом, мелькнули чьи-то ноги, кто-то упал на камни, и тут же разорвалась вторая граната. А Родин, уже держа в руках автомат, поливал дымно-пыльное облако очередями. Когда дым рассеялся и немного осела пыль, он увидел пять распростертых, разбросанных мертвых тел.
Уазик остановился перед окнами дома. Прохор тут же открыл дверь машины и громко крикнул, чтобы его сразу узнали. Если тут были бандиты, то они, скорее всего, сразу стрелять не станут. А вот испуганные хозяева дома могут. Натерпелись они тут неизвестно чего, если оказались в руках террориста.
– Проша, ты, что ли? – распахнулось окно, и в нем показалось бледное лицо жены егеря Валентины Геннадьевны.
– Я, мамаша, – ответил Прохор, закидывая карабин на плечо. – Я с гостями, помощью и транспортом. Как там Андреевич?
– Жар у него, но так вроде ничего. Воспаления не видать. В больницу его надо.
– Затем и приехали, – объявил Прохор, подходя к окну и видя, с какой тревогой Валентина Геннадьевна смотрит на приехавших с Прохором вооруженных людей. – Ты не бойся, мамаша, один военный, они этих ваших террористов ищут, а второй паренек из ополчения. Бандиты давно ушли?
