Родин мгновенно остановился, выключил мотор и перехватил автомат. Золотарев, не сводя глаз с экрана, указал рукой влево и вперед. Но не туда, откуда слышалась стрельба, а чуть правее. Спецназовцы побежали вперед, держа дистанцию между друг другом. Стрельба стала реже. Они выскочили на троих людей неожиданно для себя и для противника. Мужчина в черной бейсболке развернулся навстречу спецназовцам и поднял автомат. Двое других бросились в сторону, в кустарник. Родин, не целясь, выстрелил короткой очередью. Мужчина рухнул так, как будто у него бессильно подогнулись ноги.
Пуля ударилась в дерево совсем рядом, но Родин уже бежал, прикрываясь стволами, за Серым. Тот выстрелил еще несколько раз из пистолета. Он выскочил на открытое пространство и увидел, что второй мужчина упал и не может подняться. Кажется, он подвернул ногу. Серый сделал попытку поднять своего спутника, но, увидев показавшегося спецназовца, отошел на шаг и поднял пистолет. А ведь это тот самый ученый, Петровский, понял Родин.
– Стоять! – закричал спецназовец, понимая, что он не сможет помешать убийству. – Бросай оружие!
И тут с неба, отчаянно жужжа пропеллерами, свалился квадрокоптер, ударив Серого по вооруженной руке. Выстрел хлестнул по лесу, как удар кнутом, но пуля ушла в сторону. Предатель-ученый испуганно отползал назад, поняв, что его наниматель хочет от него избавиться. Но теперь уже Родин был близко. Короткая очередь по ногам, и Серый, вскрикнув, упал на колени, а потом повалился на бок и завыл от боли, хватаясь руками за окровавленные ноги.
– Берег, мы его взяли! – крикнул в микрофон радостный Родин. – Покоцанный, но живой. И второго взяли!
Подоспевший Золотарев уже переворачивал Петровского на живот, заводил ему за спину руки и стягивал запястья пластиковой стяжкой. Родин снял с руки раненого массивные часы, похлопал его по карманам, а потом схватил за грудки и тряхнул как следует.
– Где флешка, урод? Говори, а то сдохнешь тут от потери крови!
– Она у него в кармане брюк, справа, – подсказал Петровский, глядя на Серого со страхом, но еще больше с ненавистью.
Самсонов гнал вездеход на полной скорости. Он услышал переговоры своей группы, попытался понять, как идет бой, и только потом вышел на связь сам. Стоило ему обозначиться и доложить, что он выходит к месту боя, как в эфире торжественно прозвучало сообщение Родина о том, что Серого и Петровского взяли живыми.
– Охранять его любой ценой, – приказал Меркулов и застонал. – Вредный, ко мне! Не дать уйти на квадроциклах…
А дальше в эфире грохнул взрыв, ударив по барабанным перепонкам. Подняв лобовое стекло в вездеходе, Самсонов заметил, что моменту взрыва соответствовало небольшое облачко серого дыма над деревьями чуть левее его маршрута, и он повернул туда. Через пару минут, продолжая вызывать командира, Самсонов выскочил на своем гусеничном монстре на полянку. Почему-то он сразу заметил тело командира, лежавшее на окраине на спине, раскинувшего в стороны руки. Двое боевиков переворачивали квадроцикл, заводили его и еще два таких же аппарата на краю площадки. Ах, вот что значили слова Меркулова, догадался Самсонов и прибавил скорость. Он вставил автомат под поднятое стекло и открыл огонь на ходу по боевикам рядом с квадроциклами. Люди падали, отвечали огнем, разбегались. Двое последних успели сесть на сиденье и рванули с поляны, но Самсонов резко изменил направление движения и снова нажал на спусковой крючок. Квадроцикл дернулся и замер на месте, и тут же гусеницы вездехода подмяли под себя металл и двоих боевиков, со скрежетом вдавливая все это в траву и камни.
Самсонов выскочил из машины, отбросил пустой магазин и, не успев взять полный из нагрудного кармана, увидел, как с земли поднимается человек. Крупный мужчина, с прищуренными глазами, окровавленным лицом и собранными в хвост на затылке волосами, медленно вытянул из ножен нож. Они сейчас были все на одной линии. И тело командира за спиной боевика, и спецназовец. Самсонов успел бы зарядить оружие, но он не стал этого делать. Он видел тело командира, и все естество требовало мести, жесткой мести к одному из убийц.
Они сошлись на середине поляны, и нож просвистел возле лица спецназовца, но он отшатнулся и не успел перехватить руку противника. Тот произвел вторую атаку и, перехватив нож, нанес удар снизу, и тут его рука угодила в стальные клещи пальцев Самсонова. Рывком спецназовец вывернул руку противника, опрокинув его лицом на траву, и придавил его спину своим коленом. Боевик вскрикнул, а Самсонов уже выхватил из его вывернутой руки нож и поднял руку для удара, намереваясь отомстить за командира и вогнать холодный клинок боевику между лопатками.
– Браво, браво… – раздался неподалеку слабый голос в сопровождении негромких хлопков. – Ты всегда был мастером, Вредный. И всегда был врединой… Не убивать! Это Зима…
