Помолившись, они двинулись в обратный путь. Минут через десять подъехали к небольшой железнодорожной станции. В это время подошла электричка, и дорогу перекрыл шлагбаум. Как только его открыли, они медленно двинулись через переезд. Вдруг невысокого роста мужчина сделал им знак рукой остановиться, и тут же постучал в окошко.
– Конечно, я понимал нелогичность ситуации, – объяснил мне Саша, когда рассказывал, как мужчина открыл переднюю дверцу машины и попросил подкинуть его до дома. – Мы непонятно где, уже почти стемнело, только что помолились о прямой дороге. Нина на заднем сидении с двумя детьми, я вижу ее в зеркало. Она смотрит на меня, как на ненормального в недоумении подняв плечи. Помню, подумал, что обязательно должен довезти его, ведь для меня это совсем не сложно, а может он и дорогу подскажет.
Ехать оказалось недалеко. Когда мужчина выходил из машины, Саша спросил его, нет ли поблизости прямой дороги в Москву.
– Подожди минуту, я сейчас вернусь, – ответил мужчина и зашел в дом. Через пару минут он действительно появился, переодевшись. На нем была пижама.
– Езжайте за мной, – сказал он и пошел впереди машины в сторону стоявших невдалеке деревьев.
Было почти темно. Неожиданно дорогу преградил шлагбаум. Из деревянной будки вышел солдат с автоматом и тут же встал навытяжку перед одетым в пижаму Сашиным пассажиром, который приказал ему:
– Передай по всем постам, чтобы пропустили эту машину.
Через пятнадцать минут они выехали на Ярославское шоссе. Нина была просто в шоке. Она сказала, что впервые в жизни видела, как Бог подобным образом ответил на молитву.
Когда я услышал, как неожиданно завершилась эта история, прилив тепла и радости мгновенно наполнил меня. «Как же Ты непостижимо велик, Господь, – подумал я». Совсем не зная, что сказать, спросил:
– А еще какие-то машины ехали по этой дороге?
– Это была односторонняя полоса, и машин мы никаких не видели, – ответил Саша. – Только два раза проезжали мимо постов, и часовые отдавали честь. Еще помню, ехали по огромной плотине, и все было освещено прожекторами, – добавил он.
Осталось семнадцать дней до отъезда. Сколько же скопилось всякого барахла, которое надо продать, и сколько еще незавершенных дел! Володя просил достать рецепты разных тортов и сортов хлеба. В одном из вариантов предполагаемого бизнеса было открыть пекарню в Нью-Йорке и выпекать русский хлеб. Но где их взять, эти рецепты? Предотъездная суета изрядно вымотала. А я, вдобавок, сильно простудился.
Стою перед зеркалом. Мой двойник говорит мне: «Поезжай в Ростов к Алику. Ведь ты его больше никогда не увидишь». И я поехал в Ростов.
Быстро пролетели три дня. Я никуда не выходил из дома Алика, избавился от простуды и немного отдохнул.
Оказалось, дочь Алика работала на кондитерской фабрике, и дала мне для Володи все необходимые рецепты.
– Помолись за меня, чтоб я выздоровел, – попросил Алик.
– Алик, дорогой, прими Господа своим Спасителем, – ответил я, – и мы попросим Его вместе.
– Ну, зачем мне это, Миша? – жалобно спросил он. – Зачем мне загробная жизнь? Мне здесь надо быть здоровым. Мои ноги не ходят, – и он заплакал.
– Алик, – сказал я, – помнишь, ты не послушал меня, не оставил все дела и не лег в клинику? Наша жизнь так коротка. Позови Господа в свою жизнь сейчас, не откладывай на потом.
– Ну, как ты не понимаешь, – начал, было, он, но еще пуще расплакался.
Мы простились.
В тот день с утра была прекрасная солнечная погода, но когда приехал в аэропорт, небо закрылось тучами. Мой рейс перенесли на несколько часов. Узнав об этом, подумал: «Не буду возвращаться к Алику и тревожить его». Но тут же возникла другая мысль: «Немедленно поезжай к нему. Что-то должно произойти».
– Ну, вот и хорошо, – сказал Алик, увидев меня. – Сейчас вместе и пообедаем.
Не успели мы сесть за стол, как во дворе залаяла собака. Пришел приятель Алика, которого он давно не видел.
– Куда же ты пропал, – обрадовался ему Алик. – Сколько мы не виделись, месяца три?
– У меня же горе, разве ты не знаешь? – усталым голосом ответил приятель. – Я сына похоронил два месяца назад. Потом в Кишиневе попал под машину двоюродный брат. Я только на днях вернулся оттуда.
Он куда-то торопился и минут через пятнадцать ушел.
– Скажи мне, Алик, – спросил я его, – как ты думаешь, случайно ли отменили мой рейс, и случайно ли мы опять увиделись? И ведь в этот момент к тебе пришел друг, с которым ты не виделся несколько месяцев и сообщил тебе…
– Нет, не случайно, – тихо проговорил Алик.
– Теперь ты веришь, что Бог знает тебя лично? – спросил я. – И он показывает, что жизнь может в любой момент оборваться.
– Верю, – почти прошептал он.
Часа полтора Алик и его дочь задавали мне вопросы о Христе, о спасении по вере. Все это время внук Алика, маленький Мишенька, широко раскрыв глаза, не проронив ни слова, почти неподвижно сидел на стуле.
В тот день еще три человека приняли Христа своим Спасителем.
